Водопой КРС

Аксайская картографическая экспедиция — ответы на вопросы

In English

Со дня завершения экспедиции прошло семь с половиной месяцев, а значительная часть собранного материала пока еще лежит в виде необработанных записей, файлов и предварительных выводов. Подводить окончательные итоги рано, но близится новый полевой сезон, а с ним и новые путешествия, поэтому вполне уместно раскрыть некоторые детали прошедшей поездки.

Ниже я выкладываю ответы на наиболее частые вопросы по поводу экспедиции. Задать дополнительный вопрос, или оставить свое мнение вы можете в комментариях к этому посту. По мере возможности буду отвечать и публиковать обработанные материалы.

Итак, погнали.

Цель и задачи экспедиции
Помимо истинных целей, которые я никогда не скрывал и подробно освятил в соответствующей статье, у любого исследователя есть несколько формальных причин, с помощью которых он может объяснить необходимость своего путешествия. В моем случае, такой целью была оценка возможностей инфраструктуры и сообщества OpenStreetMap для сбора геоданных вне населенных пунктов.

По роду деятельности мне часто приходится работать в полевых условиях, в связи с чем возникло желание не просто использовать OSM как набор данных или картографическую подложку, а как базовую основу для полного цикла работ по обследованию территории. В формализованном виде это выглядело в виде постановки следующих задач:

— Подготовка картографического материала для полевых работ с использованием OSM-редакторов;
— Выделение потенциальных POI, обследовать которые надлежало в реальности;
— Привлечение сообщества к оцифровке снимков и выделению объектов требующих визуальной проверки;
— Сплав по реке с наблюдением за намеченными объектами;
— Выделение объектов, которые не могут быть описаны существующей схемой тегирования;
— Добавление существующей схемы тегирования и информации о POI на карту (в базу данных);

Предварительные ожидания
В начале года было принято окончательное решение о сплаве, а в феврале я опубликовал краткий анонс мероприятия.

Точные сроки зависели прежде всего от погодных условий и организационных моментов. Ближе ко времени «Х», стапель был назначен на первое мая. Общая продолжительность путешествия предполагалась равной семи-девяти дням. Компанию мне никто не составлял, что было вполне ожидаемо, учитывая безумие и авантюрность затеи.

Общая протяженность маршрута составляла 85 километров, которые включали в себя помимо самой реки Аксай, участки реки Дон, которые были намечены в качестве начала и окончания путешествия. Отчаливать предполагалось от станицы Мелиховской, завершение экспедиции ожидалось напротив железнодорожной станции «Аксай», что находится буквально в нескольких десятках метров от берега.

река Аксай
Несмотря на название, Аксай является не притоком, а крупнейшим рукавом Дона. Он отделяется от него ниже станицы Мелиховской и снова впадает в Дон близ Ростова. На устье расположен город Аксай, известный стекольным заводом и одноименным мостом через Дон.

Карта сплава по реке Аксай


В действительности ситуация еще сложнее. До середины ХХ века Аксай представлял собой единый рукав.

Река Аксай на «Подробной карте земли войска Донского«, составленной под руководством генерал-майора Богдановича в 1833 году.
Карта земли войска Донского, река Аксай

А вот Аксай на карте Вермахта (оперативная обстановка на фронте 10 сентября 1942 года):
река Аксай, карта Вермахта

В 1965 году была запущена Новочеркасская ГРЭС, с созданием которой Аксай фактически был разделен на две независимые реки, которые даже получили различные названия. Верхняя часть русла была спрямлена и углублена, вода из нее поступала на электростанцию. Этот участок получил название «Холодный канал». Параллельно ему был прокопан еще один «Теплый канал», по которому вода с электростанции возвращалась обратно в Дон. Такая закольцовка привела к резкому падению стока на большей протяженности Аксая. Течение сразу за кольцом практически прекратилось, река стала напоминать вытянутое озеро, в результате чего получила название «Мертвый Аксай»:

Помимо этого, после войны, территория отмеченная немцами как болото, была приспособлена для разведения рыбы, а из Мертвого Аксая начался забор воды для полива прилегающих полей, что также сказалось на снижении объема водного потока.

Из примечательностей реки следует упомянуть ее этимологию, которая говорит о целебных свойствах «белой воды» («Ак-Су») и расположенный на правом берегу памятник природы «Золотые Горки», который является, по сути коренным берегом Дона и отступив перед станицей Бессергеневской вновь появляется после Мало-Мишкинской психиатрической больницы.

Подготовка к экспедиции
Не могу похвастаться заявлением о том, что подготовка к экспедиции была особо тщательной и напряженной. Перво-наперво был нарезан мапкрафтовский пирог для раздачи всем желающим (которых оказалось три человека). Совместными усилиями была немного подправлена геометрия карты и добавлены некоторые объекты. К большому сожалению, я слишком тщательно подошел к процессу отрисовки, в результате чего большая часть маршрута так и осталась на карте нетронутой, в противовес микромаппингу района Холодного канала.

Пирог был порезан на сто сорок четыре маленьких кусочка, которые в дальнейшем использовались и при передвижении по маршруту. Перед отправкой, я скомпоновал в QGis атлас со спутниковой подложкой Mapbox-a и Bing-a и распечатав все в формате А5. Толщина полученного тома оказалось столь велика, что пришлось отказаться от половины страниц, отведенных под записи.

Изначально разворот атласа выглядел таким образом:

Страница атласа

В конечный том были сшиты только страницы с картами, что в итоге оказалось абсолютно правильным решением, поскольку заполнить этот манускрипт, особенно при путешествии в одиночку абсолютно нереально. Тем более, что места на оборотных сторонах хватало с лихвой.

Сшитый полевой дневник:

сшитый полевой дневник

Титульный лист был украшен штемпельной печатью и множеством наукоемких страшный предложений в наивной надежде на возвращение дневника при его утере. Все-таки мимикрия под документ, хоть немного, но повышает вероятность того, что выбросят его не сразу.

Дополнительно были оформлены сопровождающие документы на экспедицию (уже настоящие): командировочное удостоверение и техническое задание на проведение работ. Это делалось исходя из того, что на момент сплава на Аксае действовал нерестовый запрет на рыбную ловлю и была высока вероятность встречи с рыбинспектороми, которые обычно приключаются совместно с полицией.

Ну и конечно, были намечены основные точки, требующие визуального обследования.

Время проведения экспедиции
Стапель случился первого мая. С огромной помощью диавола на пятнашке, которому выражаю огромную благодарность и признательность, я прибыл в район станицы Мелиховской, подготовил лодку, погрузился, сделал тестовый заплыв, выпил на зависть приехавшим на машинах рыбакам, свою профилактическую водку и уплыл ко всем чертям. Как и планировал.

К моей удаче мне чрезвычайно повезло с ветром, который большую часть пути был попутным и сильным. Размеры лодки, высокая посадка и размещение груза добавили свой вклад, в результате чего реальная скорость оказалась гораздо выше запланированной. К итоговой точке пути я прибыл вечером третьего дня пути.

У железнодорожной станции «Аксай» я вновь погрузился со всем скарбом в диавольскую пятнашку, где и провел остаток ночи с пивом и в приятной компании.

Четвертого мая я приступил к разбору вещей и первой обработке записей, что можно считать полным окончанием полевых работ.

Характер реки передвижения по ней
Каждый путешественник, решивший проплыть по Аксаю неизменно установит для себя пять участков, совершенно различных как по особенностям водного потока, так и по характеру берегов. Участки эти примерно равномерны (кроме одного) по протяженности и сменяются достаточно резко, что позволяет с известными оговорками отметить границы этих участков на карте:
Участки движения по Аксаю

Первый участок — Холодный канал. Представляет собой наиболее блаженный с точки зрения сплава район. Он начинается от ограждения, которое установлено поперек Аксая в сотне метров от истока — ответвления рукава от Дона. Ограждение предназначено воспрепятствовать заходу судов в Аксай, воды которого имеют стратегической значение ввиду использования их на Новочеркасской ГРЭС. Однако в ограждении есть проход, позволяющий заплывать в Холодный канал лодкам:

Протиснуться в окно ограждения при управлении лодкой в одиночку можно, однако я не стал рисковать и преодолел ограждение по берегу.

Холодный канал имеет ширину около пятидесяти метров, спокойное ощутимое течение 2-3 м/сек и ровные песчаные берега. Можно даже уснуть в лодке без всякой опасности чрезвычайных происшествий.

Завершается этот отрезок после станицы Бессергеневской. Проплывая автомобильный мост вы оказываетесь перед развилкой реки. Продолжение пути в прежнем направлении приведет вас на Новочеркасскую ГРЭС, но для этого необходимо преодолеть фильтрационные ограждения гидроэлектростанции:

Фильтрационные ограждения ГЭС

Поворот налево приводит к дамбе у которой приходится швартоваться и разгружать вещи:

Аварийная дамба

Здесь завершается Холодный канал. Для продолжения сплава по Аксаю следует перетащить лодку в Теплый канал, после чего проплыв примерно пол-километра вверх по течению пришвартоваться в заливе и второй раз перетащить лодку и вещи в Мертвый Аксай. Это одно из самых сложных препятствий на пути, особенно при путешествии в одиночку. Схема этого движения выглядит так:

Переход из Холодного Канала в Мертвый Аксай

При входе в залив, в качестве опознавательного знака можно использовать груду накиданных друг на друга бетонных плит:

Завал из бетонных блоков

Вторая часть пути растянута от верховья Мертвого Аксая до бассейнов рыборазведения. Здесь река от пяти до двадцати метров шириной, сильно петляет и обладает столь слабым течением, что даже легкий встречный ветер тащит лодку к верховьям. При движении следует особо остерегаться топляков, про которые была написана отдельная статья.

Мертвый Аксай

Проход через рыборазводные бассейны формально запрещен и закрыт. Однако, есть возможность протащить лодку через правый коллектор.

Будьте внимательны, велика опасность зацепить колючую проволоку, в том числе «егозу» и наткнуться на гвозди, которые в изобилии торчат из разбросанных досок.

Третий участок пути проходит почти на открытой местности. Прибрежные леса сменяются тростниковыми зарослями. Появляется едва заметное течение, которое усиливается у станицы Кривянской и приобретает полную силу перед Новочеркасском, где в воды Мертвого Аксая вливается река Тузлов. Напротив железнодорожной станции «Студенческая» даже есть быстрина, на которой скорость течения достигает 10-15 м/сек.

Этот участок реки сменяется у железнодорожной станции Мишкино. В качестве условной границы можно принять перекинутые через реку металлические трубы, играющие своеобразную роль моста.

Трубы используемые в качестве моста
Пройти под этим мостом по майской воде возможно только распластавшись по дну лодки. Течение на повороте около 5-7 м/сек., а высота труб до последнего момента кажется достаточной. При неосторожном движении есть все шансы получить серьезную травму или повредить заведование лодки.

После моста из труб начинается четвертый участок. Река течет параллельно железной дороге со скоростью свыше 5 км/час. На этом участке, благодаря сильному ветру и парусности я существенно разогнался и с лихвой опередил все прежние временные затраты.

Ширина реки здесь достигает 100-120 метров. Берега покрыты тростниковыми зарослями. На воде встречаются участки с большим количеством водорослей, отчего движение может временно замедляться.

Особую опасность представляют металлические прутья, оставленные после установки сетей.

Последний, пятый участок наиболее короткий, отличается существенным возрастанием ширины реки (до четверти километра и появлением крупного судоходства). Здесь резко выше волнение воды. Приближаясь к Дону потребуется пройти через судоремонтные доки с пришвартованными судами. В этом месте неизбежно придется идти по судоходному фарватеру и быть предельно внимательным.

Судоходство на Аксае

Погода
С погодой чрезвычайно повезло: почти все время дул северо-восточный ветер 5-10 м/сек. Незначительные осадки были в первый день, большую же часть времени облачность не превышала трех баллов. Температура днем повышалась до +30 (на солнце), ночью опускалась до +8 градусов. Барическая тенденция положительная.

Ночевки и укрытия
Особых укрытый я не делал, поскольку нужды в этом не было. Ночевал в самодельных импровизированных палатках. В первую ночь палатка имела такую конструкцию:
Устройство ночлега в первый день

Сказать, что ночью я замерз — ничего не сказать. Ночи в начале мая не жаркие, а тут еще от воды тянуло холодом. Но благодаря этому на следующее утро я встал до восхода солнца и отчалил еще ранним утром.

На следующую ночь конструкцию палатки решено было изменить. Я перевернул лодку и соорудил укрытие такого типа:

Устройство ночлега во второй день

И это совсем другое дело! В таких апартаментах я заснул едва моя голова коснулась рюкзака и спал без всяких неудобств в абсолютной неге и комфорте. Разленившись, я даже отложил момент отчаливания на более поздний срок, укрылся пологом и начал досматривать утренние сны, пока над моим ухом не послышались чавкающие звуки. Впрочем, об этом событии я уже писал и к ночевке оно не имеет никакого отношения.

Лодка
Сплав проходил на надувной ПВХ лодке Нептун 280 украинского производства. С помощью простого маркера название модельного ряда «Нептун» было изменено и у лодки появилось собственное имя «Не-Птун», под которым она существует в настоящее время и надеюсь еще долго будет существовать.

У данной лодки только два существенных недостатка. Первый — это ее вес. Второй — это ее размер в собранном виде. Из-за этого лодка на берегу лишает путешественника всякой способности к перемещению.

Зато на воде «Не-Птун» ведет себя идеально. Пайольный пол позволяет свободно вставать в лодке в полный рост, а свободного пространства хватит на месячный запас провианта на троих человек. За время эксплуатации лодка не вызвала нареканий.

Из неудобностей в пути — невозможность грести лицом вперед, что существенно повышало риск встречи с корягой или арматурой и невозможность быстрого снятия весла при прохождении закоряженных участков. Возможно, в качестве недостатка лодки можно указать парусность, но мне в ходе сплава почти всегда это шло на пользу.

Если вы не планируете заплыв в одежде за лодкой — привяжите к носовой части конец и при сходе не выпускайте его из рук. Не повторяйте мою ошибку. Аналогично при отчаливании: вначале грузим вещи, затем грузимся сами, затем отпускаем конец.

Инвентарь и груз
Скарба было немного, основной вес представляла еда, вода одежда и, конечно же, сама лодка.

Инвентарь в экспедицию

На воде все компактно складывалось в кормовую часть и под заднюю банку:
Укладка груза в лодке

Питание
В дорогу было взято три вареных яйца, пол-буханки хлеба, банка консервированных цыплят, две банки красной фасоли, пять банок гороховой каши, пять банок гречневой и пять банок перловой каши, водка Medoff, чай, сахар и печенье. Яйца и хлеб предназначались на первые пол-часа (захватил при выходе из дома).

По итогам оказалось, что фасоль весьма недурна, цыплята наполовину состоят из желатиновой жижи, но съедобны. Гречневая каша до безобразия суха, но через силу есть ее можно, а вот перловая совсем никуда не годится. На этом фоне отлично себя зарекомендовала гороховая каша, особенно под водку.

После рыборазводного коллектора я отплыл на пару километров, выбрался на девственно чистое место, открыл банку гороховой каши и наслаждался.

Обед на Аксае

На момент завершения экспедиции у меня осталось около пяти неоткрытых банок, преимущественно с перловой кашей. Часть из них я использовал в дальнейшем в качестве прикормки на рыбалке, а часть, вероятно, до сих пор лежит в домашней кладовке.

Для разогрева пищи и чая использовалась газовая горелка. В обоих местах ночевки дрова представляли существенную проблему. Единственный участок реки, на котором можно не беспокоиться о дровах — правый берег Холодного канала.

Качество воды
Я взял с собой десять литров воды, из которых литров шесть привез не тронутыми. Пил в основном чай и водку. По берегам Холодного канала выходят родники, однако с воды их заметить практически невозможно. В средней и нижней части реки сделать это еще сложнее.

Воду из Аксая не пил, но при необходимости не стал бы ей пренебрегать. Во всяком случае, донскую воду пил неоднократно и без всяких последствий. Вода мутноватая — диск Секки теряется из виду уже через полтора-два метра глубины, но для степных рек это нормально.

Рыбалка
Согласно пункту 47.3 раздела IV приказа №293 министерства сельского хозяйства РФ от 1 августа 2013 г. «Об утверждении правил рыболовства для Азово-Черноморского бассейна«, с первого апреля по тридцать первое мая любительское и спортивное рыболовство запрещено «в реке Аксай с впадающими в нее реками Тузлов, Грушевка и ериком Караич, рекой Черкасской с Махинским лиманом, реке Койсуг», что вызвано, в первую очередь, охраной рыбы шемаи (Alburnus mento) из семейства Карповых, в просторечии называемой шамайкой.

В реальности местные рыбаки в гробу видали эти приказы и преспокойно ловят на всем протяжении реки, доступном для подъезда или недалекого подхода. Да что там говорить, даже известные «Диалоги о рыбалке» начали свой первый выпуск с описания ловли шамайки на Тузлове в конце апреля. Я и сам не вижу ничего плохого в том, что-бы посидеть на Грушевке в майские дни.

Основная масса рыбаков ловит на удочки, донки или спиннинг и в этом нет ничего страшного для Аксайской ихтиофауны. Во всяком случае до тех пор,пока не решена проблема браконьерства. При движении по реке я четырнадцать раз пересекал сети, установленные от берега до берега. Четырнадцать сетей, которые перекрываю все сечение реки, а всего их было около трех десятков — после второго десятка встреч с сетями я сбился со счету.

Сети на Аксае

Подавляющее количество сетей установлено в верховьях Мертвого Аксая, на втором участке пути.

Местное население
Несмотря на сложившиеся стереотипы, местное население относилось ко мне абсолютно нейтрально. Иногда принимали меня за рыбака и спрашивали про улов, а чаще просто молча провожали взглядом.

Что дальше?
В 2017 году предстоит учесть полученный опыт и отработать методики в географической экспедиции по реке Чир Ростовской области. То что на Аксае делалось методом тыка нужно систематизировать, очистить от случайности и представить как прообраз технологии проведения полевых работ.

Приложение 1. Объекты неопределенного тегирования

Описание объектаФотография
Завалы из бетонных блоков;Завал из бетонных блоков
Закоряженные участки реки;Закоряженные участки реки
Фильтрационные ограждения ГЭС с разделением на понтонные и сетчатые;Фильтрационные ограждения ГЭС
Аварийные дамбы ГЭС;Аварийная дамба
Водозаборы;Водозабор
Опасные для судоходства точечные объекты;Опасные для судоходства точечные объекты;
Водопой крупного рогатого скота;Водопой КРС
Участки реки, заросшие водорослями;Участки реки, заросшие водорослями
Земляные ступеньки к которым не ведет тропинка или тротуар;Земляные ступеньки к которым не ведет тропинка или тротуар
Периодически затапливаемые острова;Периодически затапливаемые острова
Трубы используемые в качестве моста;Трубы используемые в качестве моста

Приложение 2. Опубликованные статьи
Водопой КРС

Аксайская картографическая экспедиция — ответы на вопросы

In English Со дня завершения экспедиции прошло семь с половиной месяцев, а значительная часть собранного материала пока еще лежит в виде необработанных записей, файлов и предварительных выводов. Подводить окончательные итоги рано, но близится новый полевой сезон, а с ним и новые путешествия, поэтому вполне уместно раскрыть некоторые детали прошедшей поездки. Ниже я выкладываю ответы на […]

1 комментарий

К слову об источниках русловой динамики степных рек с малым течением

В наш просвещенный век каждый знает о таком явлении, как меандрирование рек. Чем сильнее изгибается русло, тем выше разность скоростей течения воды у берегов. По внешнему радиусу водный поток движется быстрее, соответственно там быстрее проистекают процессы эрозии еще более изгибая направление русла и повышая разность скоростей водного потока. Это, если хотите, прекрасный пример системы с […]

1 комментарий

Демонические лики идиотизма

Так подготовка к экспедиции еще никогда не проходила. Хотя, что уж греха таить, ко многим экспедициям люди сейчас вообще не готовятся: обсудят за пару дней детали маршрута, покидают в рюкзак вещи и в путь. В этом даже есть некий шарм вольности, мол настоящий профессионал готов к работе всегда. Но все-таки это безответственность, а в моем […]

2 комментария

Фрюлинг блютет ин Аксай

Я вот сейчас в Домодедово. И знаете, что думаю? Если уж мировой прогресс дошел до такого уровня, что можно в Шахтах пить в гараже «Дон классику», а через несколько часов слушать через бесплатный вайфай пресс-конференцию Чичваркина, то просто грех не рассказать вам историю о том, как я в Аксайской картографической экспедиции плыл на героическом надувном […]

1 комментарий

Аксайская картографическая экспедиция (анонс)

In English Я давно вынашивал идею открытой картографической экспедиции. С этой целью, даже приобрел несколько лет назад отличную лодку из пвх, на которой прошлой весной проводил экскурсии по Грушевскому водохранилищу за двести рублей в час. И даже планировал сплавиться по реке после завершения летних экспедиционных работ. Но летние экспедиционные работы закончились для меня травматически, отчего […]

1 комментарий

формула

Тегирование универсальных морфодинамических свойств объектов

Да ебись оно все конем. Выкладываю настоящий картографо-философский экзерсис в его первоначальном виде, пришедшем в мой воспаленный мозг после восьми часов беспрерывного прослушивания песни «Крановщик шестой бригады Волопасов Михаил».

Сущность проблемы в невозможности указать особенности формы и поведения объекта на карте иначе, чем через создание избыточной базы тегов. Как разнести на карте участки реки с сильным и слабым течением? Как обозначить кавернозное строение терриконов? Как тегировать степень заброшенности промышленного объекта? Для решения каждой подобной задачи можно создать специальный тег, но гораздо элегантнее рассмотреть универсальные свойства, присущие всем без исключения объектам в силу их материального происхождения. Разработанная схема тегирования таких свойств позволит, в своей части, избежать избыточности классификатора свойств объектов.

Имена значениям не давал (за исключением ключа «форма»), ибо это, равно как и наименования самих тегов, есть момент технический, не обладающий большой важностью для сути экзерсиса.

КлючЗначениеОписание
virtuality1Реальные объекты, с четкими границами, например, здания
virtuality2Реально существующие объекты с неоднородными, размытыми границами провести которые точно невозможно, например, болота
virtuality3Объекты, существующие согласно документам, как единое целое, но в реальности имеющие фрагментированную структуру, например некоторые заброшенные дороги
virtuality4Объекты, существующие в исключительно в виде документов, но связанные с реально существующими объектами, например, проходящие по рекам административные границы
virtuality5Объекты, существующие исключительно в виде документов, никак не связанные с объектами местности, например проектируемая дорога
КлючЗначениеОписание
naturalness1Объекты, созданные путем кардинальной модификации окружающей среды и эксплуатируемые человеком, например, работающие предприятия
naturalness2Объекты, созданные путем кардинальной модификации окружающей среды, но в настоящее время не используемые, что приводит к их возвращению в естественную среду, например, заброшенные населенные пункты
naturalness3Объекты, созданные путем значительной модификации окружающей среды, но с сохранением основных природных компонентов, например луга и леса лесохозяйственного значения
naturalness4Объекты естественной среды, подвергшиеся заметному человеческому вмешательству, но не используемые в промышленности или лесном/сельском хозяйстве, например, национальные парки
naturalness5Объекты естественной среды, не претерпевшие заметного влияния человека, например, заповедники
КлючЗначениеОписание
acceleration1Объекты, стремительно замедляющие скорость, например реки при впадении в крупный водоем
acceleration2Объекты, скорость которых постепенно замедляется
acceleration3Неподвижные объекты, либо объекты, передвигающиеся с равномерной скоростью
acceleration4Объекты, скорость которых постепенно увеличивается
acceleration5Стремительно ускоряющиеся объекты, например, водопады
КлючЗначениеОписание
rate1Объекты с неизмеримо малыми скоростями, либо неподвижные объекты, например здания
rate2Объекты, о движении которых можно сделать ввод только после многодневных наблюдений, например, некоторые ледники
rate3Объекты, движение которых заметно только при внимательном рассмотрении или постановке простого опыта, например некоторые реки с очень слабым течением
rate4Объекты движение которых заметно с первого взгляда
rate5Объекты со стремительным движением, скорость которого может служить отличительным признаком объекта
КлючЗначениеОписание
chaotic1Объекты с хаотичной динамикой без прослеживаемых закономерностей изменения, например лесные дороги, которые в любой момент могут оказаться непроезжими из-за поваленных деревьев или работы специальной техники
chaotic2Объекты динамика которых хаотична, но имеет прослеживаемые в ходе долговременных наблюдений пространственные или временные закономерности, например грунтовые дороги с песчаным покрытием в степной зоне
chaotic3Объекты со стабильной и управляемой динамикой, например, водохранилища
chaotic4Объекты с управляемой динамикой, изменения на которых происходят в известные сроки, например, ремонтируемые мосты
chaotic5Стабильные объекты, не претерпевающие заметные изменения, например здания
КлючЗначениеОписание
naming1Объекты без собственного имени, для которых указание имени нарицательного нецелесообразно ввиду их редкости либо по иной причине, например, остатки от упавших ступеней космических ракет
naming2Объекты без собственного имени, для которых целесообразно указать имя нарицательное, например, ряд вкопанных автомобильных покрышек во дворах или на детских площадках
naming3Объекты без собственного имени, для которых однозначно можно выделить имя нарицательное, например, колодцы
naming4Объекты с нарицательным именем, собственное имя которых неоднозначно, или недостоверно, например, если получено со слов местных жителей («река Кундрючка«)
naming5Объекты имеющие собственное имя
КлючЗначениеОписание
decomposition1Однородные, чистые по составу объекты
decomposition2Однородные объекты с несущественными включениями, не влияющими на свойства объекта
decomposition3Объекты с разнородным составом, влияющим на свойства объекта и заметно выраженным главным компонентом
decomposition4Объекты с разнородным составом и наличием доминирующей группы из нескольких элементов
decomposition5Объекты с разнородным составом, среди которого невозможно выделить доминирующую группу элементов
КлючЗначениеОписание
formpointТочка — объекты с пренебрежимо малыми размерами
formcloudОблако — группа объектов с пренебрежимо малыми размерами
formlineЛиния — объект двумя размерами которого можно принебречь
formnapkinСалфетка — объект с одним пренебрежимо малым размером и перфорированной структурой
formplaneПлоскость — объект с одним пренебрежимо малым размером и цельной структурой
formspongeГубка — кавернозный полноразмерный объект
formvolumeОбъем — цельный полноразмерный объект

P.S. Формула на рисунке не в тему — просто файл этот надоел, вот и решил его куда-нибудь пристроить.

Как пройти к музею Ленина

Рано или поздно, но это должно было произойти. Я и так слишком затянул с консуммацией превращения в гражданина, а ввиду неизбежно наступающего светлого будущего, этот процесс вполне мог остаться незавершенным. Поэтому, я выпил литр пива, выковырял из носа какую-то хрень, сел на маршрутку и уехал из России.

За то время, пока я не был в капиталистических странах случилось пять экономических кризисов, завершились четыре войны, сменились три президента, два преемника президента и один генеральный секретарь. Развалился Советский Союз, хлопчатобумажный комбинат и здравый смысл. Стабильность успела исчезнуть и снова накрыть собой все живое. Появился интернет, телефоны без кнопок, трехмерные принтеры и освещение на ХБК. Пропали инженеры, милиционеры и маньяки. Появились террористы, педофилы, менеджеры и блогеры. Марсиане обменяли Агузарову на Мизулину, а Макаревич стал врагом народа. Медлить было нельзя, поэтому я вспомнил заветы Ильича, взял в розлив и через пять часов был в районе Тёёлё города Хельсинки.

Конечно, у меня были некоторые сомнения, поймут ли меня жители Финляндии, однако беспокойств они мне не доставляли. Еще со школьных времен я твердо знал, что слово «факъю» пишется через твердый знак, а финских слов я знал целых три: «палка», «ваткаматка» и «перкеле». «Палка» переводится с финского как «зарплата», а то как переводятся остальные два слова в приличном обществе вообще не принято произносить. Мне повезло — языковых барьеров у меня не было.

На российской границе тетка проштамповала мой паспорт и молча протянула обратно. Стоящий рядом сорокалетний пограничник демонстрировал своим животом вся мощь и непоколебимость Отечества.

На финской границе работали молодые веселые парни с такими бородами, которые мне прежде не доводилось видеть. Один из них долго пытался на ломаном русском спросить что-то неформальное, но видимо духовные скрепы в моем лице проглядывали столь сильно, что он оставил эту гиблую затею, поставил штамп и впустил на территорию страны.

— Вот уроды! — вспомнил я Сухорукова из «Брата-2» и ожидая появления ностальгии ничего не почувствовал. Сел в маршрутку и в четыре утра вышел на улице Фредрикинкату возле кинотеатра Тенниспалатси. Кругом было много мусора и мало людей, как в фильмах про негритянские кварталы в Америке. У нас такого мусора нет. России бесформенная давленная фигня спокойно лежит по углам и газонам. Здесь же по шоссе и тротуарам ветер носил аккуратные бумажные пакеты и стаканчики. Холодный ветер как никогда располагал к небольшой прогулке, поэтому сразу направившись в первую попавшуюся сторону я за шесть часов так набрался впечатлений, что вернувшись, едва выпив свое утреннее пиво в местной забегаловке, тут же благополучно уснул. И вот что я имею вам доложить.

Финнов дико таращат велосипеды. Велосипеды повсюду. И на углу, и не на углу. Кругом велосипеды.

Иногда их цепляют к велопарковкам или оградам. Чаще всего просто пропускают замок через колесо и оставляют на улице на всю ночь.

Припаркованный велосипед запросто может стоять на мосту при выезде из города, по которому проходят в час полтора человека.


Или одиноко ночевать в подземном переходе.


На великах катаются все: бабки, менеджеры, дети, рабочие в робах. Доехал, оставил велосипед и спокойно пошел по своим делам.

Простых китайских бокорезов достаточно, для того, что-бы каждый день кататься по Хельсинки на новом велосипеде. Но никого это абсолютно не парит. Можно смело оставлять свой велосипед на ночь в любом месте и не бояться, что его украдут. Максимум — снимут колесо:

Отсюда следует простой вывод: все разговоры о том, что Россия слишком северная и холодная страна для велосипедистов можете в задницу себе засунуть. Особенно если речь идет про город Шахты, который расположен на тринадцать градусов южнее Хельсинки. Никаких помех велосипеды не создают ни пешеходам, ни автомобилистам — все движение осуществляется строго по велодорожкам.

Что такое велодорожки? Если вы думаете, что это пятьдесят метров асфальта в Александровском парке, который еще вчера предназначался для пешеходов, а сегодня без всяких изменений был закреплен городским указом за велосипедистами, торжественно открыт администрацией города и освящен в шахтинских газетах, то я вас разочарую. Настоящие велодорожки выглядят так:

По всему городу, включая пригород идут асфальтированные трехметровые полосы с разметкой, которая отделяет их от автомобильных дорог и столь же широких пешеходных тротуаров:

Из одной точки города можно без проблем добраться в другую не боясь быть сбитым грязным камазом или бабкой с сумками.

Автомобильное движение оживленное, но город не стоит в пробках. Проехать по центру полумиллионного Хельсинки проще чем по улице Победы Революции в Шахтах с населением меньше двухсот пятидесяти тысяч человек. Почти вся парковка в городе платная — оплата осуществляется через паркоматы: оплатил время, положил талон под стекло и пошел по своим делам. Водителям не требуется проезжать три квартала в поисках возможности приткнуться в едва освободившееся место. Представить, что в Хельсинки с девяностых годов напротив центрального рынка припаркована без движения ржавая зеленая «буханка» невозможно.

Автобусное движение мало чем отличается от центральных российских городов. Разве что, маршрутных такси нет совсем, а автобусы ходят полупустые (всегда можно найти свободное место). Впрочем, возможно, мне просто повезло. Чистые, едут быстро, на входе можно взять бесплатную газету. Но дорогие, суки! Стоимость билета пять с половиной евро (триста пятьдесят рублей). Я зашел в среднюю дверь автобуса. Никакого кондуктора нет. Перед тем как закрыть двери, водитель подозвал меня к себе.

— Ту кампи — говорю я ему.

Нормальный мужик: пальцы-сосиски, короткая стрижка, серая куртка. На фина совсем не похож. Спокойно взял деньги, отдал сдачу и билет, похожий на обычный чек:

bilet

Сел на свое место и спокойно доехал до метро. Я не знаю, принято у них фотографировать в транспорте или нет, поэтому снимок сделал, но наглеть и добиваться хорошего качества повторной съемкой уже не стал. А то еще подумают, не дай бог, что я какой-нибудь педофил из России.

На многих остановках висят экраны, показывающие номер приближающегося автобуса:

Обязательно на каждой остановке висит автобусное расписание. На окраине города бумажное:

В центре светодиодное с гуглокартой:

Там же можно посмотреть маршрут движения:

Время от времени можно наткнуться на бумажные карты, особенно на остановках, но качество у них посредственное. Особенно напрягают те из них, на которых не отмечено текущее местоположение. В этом плане уличные карты Хельсинки сильно проигрывает ростовским, московским и питерским аналогам, хоть и размещены гораздо чаще, особенно на окраинах города.

Городская навигация в Хельсинки ужасна. Почти как в Шахтах на Пьяной Балке. В Финляндии два государственных языка (финский и шведский), поэтому все указатели двуязычные и без сноровки легко запутаться. Я долго тупил, пока не понял, что Хельсингфорс и Хельсинки это одно и то же. Подписи улиц мало того, что сделаны на узеньких малозаметных табличках:

так еще и располагаются хаотично. Обозначение улиц на угловых домах практикуется не повсеместно. В качестве исключения можно иногда найти указатели (на окраине города):

В России все понятно — если ужас нарастает, значит идешь от центра. Если снижается, то к центру. Тут ничего подобного нет. О том, что я вышел из города стало ясно только после того как в памяти всплыл виденный час назад автомобильный знак съезда на автомагистраль. Ко всему прочему, рядом с институтом биотехнологии на проспекте Кархусааренти ремонтировалась дорога, в результате чего пришлось пол-часа идти по придорожному откосу с торчащими из него гофрами и арматурой. Это мы дома каждый день такими маршрутами ходим, а тут идешь и явно ощущаешь: что-то не так.

В Хельсинки сейчас ремонтируется не только Кархусааренти. До рождества всего несколько дней, но все работают совершенно спокойно и буднично. На Таммасааренкату привезли здоровенный кран:

А на Таммасааренлаитури разгрузили гусеничную буровую вундервафлю:

На Руохолахденранта рабочие обновляют брусчатку. Убирать на ночь уровень и лопату никто не стал — все равно утром понадобится.

Ночью в Хельсинки работает только Макдональдс, а в Макдональдсе, как известно пиво не продают. Ларьков с шавермой нет, магазинов «24 часа» нет и даже супермаркеты на ночь закрыты. Но рольставни не опускают, так что можно круглосуточно изучать вот такой ассортимент:

или вот такой ассортимент:

переводить вывески («в последний день шесть красивых»):

и щупать рождественские елки на елочном базаре. На ночь местные таджики не запихивают их в газель, а оставляют на площади без всякой охраны и забора.

А еще лучше придти на полуостров Лауккалуото, сесть на лавку и зырить на озеро Кейлалахти:

Кстати, рядом на острове Лехтисаари большой лиственный парк. Летам там полагаю чрезвычайно душевно. А в декабре по дорожкам бегают три мужика в трусах.

Так можно надолго залипнуть, но все-же я ехал не за красотами. Главной целью моей поездки было изучение пиворазнообразия южной Финляндии. Проведя активные наблюдения и эксперименты, удалось выяснить, что основные пивточки открываются с одиннадцати утра. Еще раньше пиво можно приобрести в магазине: в Финляндии нет геноцида и спиртное там продают круглосуточно. Выбор столь же богат, как в крупных российских магазинах, однако, марки совсем другие. Совсем нет пива в пластиковой упаковке. Ну не переведете вы на финский язык слово «полторашка». С другой стороны, большой выбор баночного пива в баночках по 0.33 литра.

За время путешествия я испробовал шесть видов пива: Пиркка, Олви, Сандельс, Карху, местный Амстел и еще какое-то, название которого забыл. Не могу похвастаться, что выборка вполне репрезентативная, но предварительный вывод таков: финское пиво по вкусу неотличимо от седьмой Балтики. Вкус чуть резче чем у Дон классики, крепость 4.5-4.7 градусов. Крепкого пива я тоже не обнаружил, хотя не исключаю, что мог пропустить.

Стоимость маленькой баночки-опохмелки (0.33 л) около одного евро, что соответствует шестидесяти рублям. Поллитровая бутылка пива обойдется в сто-сто пятьдесят рублей. В кафе пол-литровый стакан пива стоит 5-6 евро (300-350 рублей). Другими словами, русскому человеку со среднестатистической зарплатой в Финляндии жить можно. Но не долго.

Ну а раз времени осталось мало, можно и в центре погулять. Рождество же!

Транспорт при местных тарифах я проигнорировал — пешком дошел.

Хотя трамваи в Хельсинки весьма недурны. Едут быстро, не дребезжат и не демонстрируют готовность рассыпаться в любую секунду:

Кстати, о пиве. В Хельсинки нелзья просто так зайти в любое кафе и сказать: «Экскюзми, ай хэф гоу ин тоилет». Для прохода в уборную надо обязательно в этом заведении что-то заказать. Вам дадут чек, на котором будет напечатан пароль от сортира. Например, вот такой:

Двери в туалет заперты на электронные кодовые замки. Цивилизация, блядь.

В городе много общественных туалетов на улице и в торговых центрах. С одной стороны, они бесплатные и тетки при входе не отрывают клиенту по семьдесят сантиметров туалетной бумаги. С другой стороны, внутри установлена граммофонная труба. Не знаю, может у финнов какая-то особая физиология, или им просто покайфу насрать в граммофон. 

Ехать в Хельсинки стоит хотя-бы за визуальными витаминами. Тут их делают люди, а не бездушные ссыкливые импотенты. Запросто можно встретить вот такое:

А так, например, приглашают на художественную выставку в центре города.

Покажите мне человека, который сделает подобное у нас? Все всего боятся. В результате за тридцать лет в Шахтах все изменения свелись к тому, что на площади шишка встала.

Алексантеринкату — улица Александра.

На центральных улицах Хельсинки висят таблички с разными животными и подписью на финском и шведском. Решил перевести хотя бы одну, на которой изображен одногорбый верблюд. «Dromedaari» транслейт перевел как «Дромадер». Нашел «Дромадер» в википедии, оказалось, это одногорбый верблюд.

Рядом с центральной площадью города закрывается магазин электроники.

— Отдел распродажи в связи с закрытием? Вы таки закрываетесь?

— Не-не-не-не-не, это таки хорошо для бизнеса.

А на самой площади елка и ярмарка. В деревянных палатках продают оленину, сосиськи, мед, деревянные сувениры и глинтвейн. Первый раз в жизни обнаружил, что глинтвейн — это не подогретое винище, а вполне вкусный напиток. Маленький стаканчик наливают всем бесплатно. Пиво в Финляндии непримечательное, но вот ради такого глинтвейна вполне стоит оторвать задницу от стула и приехать к памятнику Александру второму в Хельсинки.

Теток с баулами не встречал, бабок с тележками не видел. Алкашни и барыг нет. Видел нищего со стаканом, но это еще на улице Маннергейма было. Но пафоса никакого. Все просто: одни, старательно выводя русский курсив, предлагают:

Другие выбирают:

и покупают:

Если ветер с Балтики не слишком холодный, а глинтвейна не слишком мало можно посидеть на ступеньках Николаевского кафедрального собора.

Еще лучше выйти к заливу. Город расположен на островах и почти каждый выход к воде снабжен индивидуальным причалом:

В декабре кораблей немного — почти все на стапеле, но все равно несложно полюбоваться частными баркасами для рыбалки:

буксирами:

небольшими спасательными:

и большими коммерческими судами:

Почти все суда пришвартованы к открытой причальной стенке — можно просто подойти к любому и спрыгнуть на борт.

На мостах установлены указатели оберегающие моряков от опасности быть насаженным ноздрей на блесну. «Ловля рыбы запрещена на всей территории, лодки»:

Не знаю, используют ли в Хельсинки противогололедные реагенты, но всем тротуарам разбросана гранитная крошка.

Давно подозревал, что качество российских дорог это такой-же стереотип как медведи и балалайка. Теперь удалось в этом убедится. Колдобин в Хельсинки не видел, машин с оторванными колесами тоже, но дорожное покрытие того же качества, что и в любом крупном российском городе. 

Увиденное вообще слабо напоминало ту «заграницу» которую обычно сравнивают с Россией. На улице Лённротинкату вечером чувствуешь себя так же как и в Ростове на Садовой. Улица Лехтисааренти выглядит почти так же, как Пионерская в деревне Юкки под Питером. Или как Кольчугина на Новой Азовке, только с асфальтом и освещением.

Главное отличие в открытости. Такое чувство, что ты в России в которой кто-то за одну ночь провел политику дезаборизации и десуссеритизации: весь день ходишь по городу и нигде не видно охранников, сплошных заборов и ментов. Один раз проехала мимо полицейская машина с выключенной люстрой — даже сфотографировать не успел для коллекции. При этом никакой паранойи. В книжном магазине выставляют для рекламы на улицу лоток с книгами. Подходишь, листаешь. Понравилось — заходишь в магазин, платишь и забираешь себе. Не понравилось — ставишь на полку.

Резюмирую. В Европе был. Много разного видел. Пидоров, про которых по телевизору говорят, не видел. Арабов и террористов тоже не видел, только одного индуса на кассе. Жизнь как у нас, но спокойнее. Пиво как у нас, но дороже.

Ну, все что знал — рассказал.

X-Art

Что ж, друзья, раз я затронул в недавней статье тему картографический парафилии, совершенно невозможно умолчать о ее наивысшем воплощении. Это абсолютная порнография. Картографический бэдээсем. По сравнению с ним, даже редактирование джипега в ImagePalsGo — невинная детская шалость. Но в жизни всегда есть место для того, что-бы попробовать что-то запрещенное. Я попробовал, а потому — уберите детей от экранов. Вот что у меня получилось.

Карта Русской равнины:

Это безумие заняло у меня шесть ночей в нарядах. Во время процесса мне активно позировала карта расположения военно-стратегических объектов северо-атлантического альянса и чуть позже — карта растительности из монографии Берга «География СССР», хранившаяся в библиотеке нетронутой с девяносто четвертого года. Карта исполнена карандашом и шариковой ручкой. К великому сожалению, ввиду служебных пертурбаций завершить ее так и не удалось — подписи остались только в виде набросков.

А вот карта мира. Эта вещь уже посильней чем «Фауст» Гете:

Карта грубовата, более того непосвященный человек всячески ее раскритикует. Что с Кольским полуостровом? Почему вместо Камчатки сосулька? Что с южным полушарием происходит? Южное полушарие — это конечно сплошной косяк, не отрицаю. Но интересно в этой карте не содержание, а способ получения.  Равновеликая азимутальная проекция Ламберта в которой была исполнена исходная карта после несложных геометрических манипуляций была преобразована в проекцию Меркатора. Да, руками. Формулы Бурса-Вольфа? Передискретизация? Полиномиальные преобразования? Все это для слабаков. Вот как выглядит настоящее перепроецирование на лету! Помимо авторучки, при изготовлении был задействован огрызок синего карандаша.

Ну и наконец, высшая стадия картографической парэстезии. Содомия цветов. Визуализация данных OpenStreetMap на территорию Ростовской области. Визуализировал, визуализировал, да так и не вывизуализировал. И не с помощью какого-нибудь mapnik-a, QGis-а или на худой конец фотошопа. Акварельные краски на меду (срок годности истек тринадцать лет назад), блокнот и Cranberries в наушниках — вот инструменты этого безумия!

Если обычная работа с картой вас больше не возбуждает — попробуйте сменить диванный маппинг на девиантный. Ведь, даже по словам Долорес О’Риордан: «Фани хоу тинг джаст тастед беттер! Вен ви вер юнг!»

Тоталитарный диктатор OSM

«Карты Google и Яндекс загружаются из интернета,
те они имеют привязку к сим карте сотового оператора.
OpenStreetMap, на ряду с другими навигационными программами,
является независимой от сотовой связи
и работает непосредственно со спутниками.»
Из первого релевантного сайта,
который выдал Яндекс по запросу «чем openstreetmap лучше».

Да, у меня тоже от прочитанного глаз дергается. Но давайте будем откровенны, хорошо уже, что человек имеет такое понимание. OpenStreetMap — проект существующий благодаря самовлюбленным снобам, живущим в розовых фильтробублах. Эдакий коллективный Холмс, который превосходно разбирается в химии, геологии, анатомии и криптографии, но «ничего не знает ни о теории Коперника, ни о строении солнечной системы, ни о современной литературе». Проект великолепен с технической стороны и чудовищен со стороны пользователя. Что-что? Вы отсылаете человека в вики — стремный независимый ресурс, ссылка на который стоит в пятой строчке второй страницы сайта?

Если мы такие офигенские, почему люди не спешат расставаться с яндо-гугло-бингокартами? Да и в чем конкретно преимущества OSM? Открытые данные? — и кому они нужны? Возможность редактировать карту? — да, люди просто мечтают разбираться в схемах тегирования и мануалах по Java для установки josm-а. Детальность прорисовки? Действительно, посмотрите: в деревне Миндюкино, где живет пятнадцать человек, отрисованы все домики — вот какой OSM крутой! Такого ни на картах Яндекса, ни на картах Гугла нет! Правда в соседнем райцентре нет нумерации домов, зато замаплены мусорные контейнеры и скамейки. Здорово!

А что делать? Правильно — нужно срочно назначить меня на пост тоталитарного диктатора OpenStreetMap. Конечно же, на следующее утро вы не найдете ни меня, ни кассу, но обещаю перед своим отлетом в теплую солнечную страну оставить письмо следующего содержания:

«Коллеги. Число новых осмеров постоянно увеличивается, это абсолютно неоспоримый факт. Однако, он ни в коем случае не должен радовать, более того, это существенный повод для беспокойства. Наивно предполагать, что скорости увеличения картографов будет соответствовать рост осмерской культуры и грамотности. А посему нас неизбежно ожидает падение активности среднего редактора, уход из проекта наиболее ценных специалистов и увеличение числа всевозможных месседжеров, которые порождают бессмысленный обмен рисунками котиков и отвлекают от работы с картой, сообществом и кодом. Экстенсивное развитие технически сложного проекта неизбежно приведет к катастрофическим последствиям, что, как всем вам известно, явно следует еще из работ Альтшуллера, Томпсона и Рене Тома.

Проект требует реформ, откладывать которые опасно. OpenStreetMap может пострадать как от отсутствия интереса к нему со стороны более молодого поколения или естественного спада интереса (сравните с оценкой Кронгауза качества правок российского лингвистического раздела Википедии), так и от массового перехода участников в альтернативный проект c низким порогом входа для новичков. Отдельно замечу, что такой проект может оказаться коммерческим и, возможно, построенным непосредственно на базе данных OpenStreetMap.

То, что я предлагаю ниже — основано на принципе разносторонней возможности развития открытой карты, который был сформулирован Стивом Костом еще несколько лет назад. Основная цель предлагаемых реформ заключается в расширении конкурентных преимуществ по сравнению с существующими коммерческими поставщиками карт. Обобщенно, изменения звучат так: создание сервисов,  диверсификация данных, конверсия ГИС, технологическое развитие и социализация.

 

Создание сервисов

Большой ошибкой является сравнение OpenStreetMap  с картографическими сервисами Гугла или Яндекса. Не существует карт Яндекса — существует Яндекс с картами — экосистема всевозможных сервисов, которые создают комфорт для пользователя, не выпуская его во внешнюю среду. Парадокс открытой карты в том, что с началом ее разработки кардинально изменилась сама картография, лишив эту разработку привычного пути развития.

Людям не нужны карты сами по себе, если речь не идет о произведениях искусства. И никогда не были нужны. Людям требуется соориентироваться на местности и проложить маршрут. Раньше это можно было сделать только с помощью самой карты. Сейчас карта часто нужна только для иллюстрации результата, заданного в поисковой строке. Карта встроилась в комплекс услуг по доставке информации. А теперь спросите себя, как можно сравнивать OSM с его примитивным поиском и унылой системой личных сообщений  с той инфраструктурой, которую предоставляют «конкуренты»? Никто не будет переходить на сторонний сайт без веской причины, которой у OpenStreetMap, говоря откровенно, нет.

Но самое интересное, что OSM тоже окружает огромное количество сервисов, вот только они либо совсем не походят для использования людьми без подготовки, либо представляют собой отдельную библиотеку на гитхабе, которую еще нужно скачать и установить. А чаще всего и первое, и второе вместе. Где вики? Где taginfo? Где overpass? Где osmbuildings? Где сервисы печати с карт? Где карты для навигаторов (это не про osm.ru)? Где OpenWeatherMap? — люди каждый день ищут погоду, это самый популярный запрос. Есть все, но все по разным местам.

Те кто видит OSM впервые должны сразу понимать, что перед ними не просто очередные домики на карте, а проект с колоссальными возможностями по работе с пространственными данными.

 

Диверсификация данных

Четыре картостиля с почти идентичным содержанием? Вы серьезно? Нет, конечно индивидуальный стиль под каждого пользователя это высший пилотаж, но расширить существующий ассортимент-то хоть можно? Где черно-белый стиль, который удобно печатать на принтере? Где веселые картинки, которые так любят учителя в школах? Где стиль, для просмотра карты ночью? Где карта с редкими тегами, которые не отобразить на стандартном стиле? Где спутниковые снимки и gps-треки?

Позвольте картографам выйти из городов. Коммерческие компании очень скоро превзойдут OSM по наполненности системных данных во всех населенных пунктах. Но они пока неспособны создавать базу геоданных для территорий вне городов. Не можете обогнать гугл по количеству домиков с нумерацией? — пусть люди могут делиться друг с другом картами лучших мест для ловли подлещика.

Про нечеткое тегирование я уже писал, повторяться не буду. Но замечу, что нынешняя система тегирования (а точнее, всякое ее отсутствие) неизбежно подпадает под закон Ципфа, следствием которого станет переизбыток малозначимых тегов, применяемых для объектов исключительной редкости. Но если сохранять булеву схему, то это неизбежное зло и следует думать о том, что добавление нового тега в вики это адовый ад, поэтому все должно происходить прямо в редакторе без лишних сложностей.

В итоге пользователи должны иметь карты, которые существенно отличаются не только по оформлению, но и по содержанию.

 

Конверсия ГИС

Тенденция по переходу профессиональных инструментов в общедоступные наблюдается уже давно и оснований для ее прекращения нет. Из этого можно сделать вывод, что уже в скором времени люди потребуют от картографических сервисов наличия базового функционала геоинформационных систем, так почему бы не подготовиться к этому заранее? Вывести по запросу список всех кафе в районе? Построить буфер вдоль дороги? Подсветить результаты выборки по атрибутам? Наложить фотографии с геотегами на карту?

Я не говорю о том, что на сайте OSM должна быть возможность построения модели стока или расчет зональной статистики. Но расширить существующий инструментарий (приблизить, отдалить, показать где я и линейка масштаба) можно. Тем более, что весомая часть всего уже написана и покрывается восьмым слоем пыли на полках гитхаба.

 

Технологическое развитие

Как вы прекрасно понимаете, под этим ни в коем случае не понимается покупка дополнительных серверов или разработка API — это операционные задачи, которые были есть и будут. Речь идет прежде всего о разрешении принципиальных проблем, ограничивающих развитие проекта.

Требуется решиться на внедрение третьей координаты. Это чудовищное решение, но чем дольше оно откладывается, тем печальнее последствия. Кроме того, это позволит смягчит проблему микромаппинга за счет перехода пользователей на новые объекты отрисовки. Сам микромаппинг тоже является одной из проблем, которая с течением времени будет проявляться все сильнее. С ним, как с любой стихией бороться бессмысленно, поэтому необходимо разработать технологию работы с такими загущеными данными, желательно не основанную на фильтрации.

Пора уже закрыть вопрос по поводу смещения снимков. Это какое-то безумие. Если для снимка в сервере смещений есть данные, то он должен смещаться автоматически. Если данных нет, то снимок должен открываться с существенным смещением в определенную сторону. Таким образом, для начала маппинга его потребуется перетянуть на нужное место, что даст информацию о его смещении для остальных картографов.

 

Социализация

Если уж чатики с котами неизбежное зло, то пусть они хотя-бы минимально отвлекают от самого проекта. Ситуация при которой люди рисуют карту в одном месте, обсуждают это в другом, читают об этом новости в третьем, рассказывают об этом в четвертом и ругаются между собой в пятом месте выглядит мягко говоря странно. Почему не объединить все это в единую систему?

Кроме того, что это существенно упростит коммуникацию, появится возможность действительно массовых голосований и обсуждений. Кроме того, совсем не лишней будет статистика по пользователям, которая позволит оценить процессы старения, изменения соотношения полов и географию участников.

На этом, коллеги, письмо заканчиваю, поскольку самолет мой улетает уже совсем скоро. Надеюсь, вам удастся провести необходимые реформы и сберечь проект OpenStreetMap. Последнее, что я требую как тоталитарный диктатор — впредь никого и никогда не назначать на пост тоталитарного диктатора.

После прочтения этого письма прошу меня не искать — я улетел маппить солнечную и теплую страну.

Ваш Ночной Косильщик»

Фрагмент пяти вавилонян

Флора Нижнего Дона включает в себя несметное количество всевозможных ивовых гибридов, разобраться в которых может не всякий специалист. Но это многообразие образовано за счет скрещивания всего девятнадцати видов. В наш продвинутый информационный век стыдно не разбираться в ивовой дендрофлоре Нижнего Дона, поэтому давайте внесем ясность.

Из девятнадцати видов рода Salix восемь представляют собой кустарники высотой от одного до восьми метров.
До 1 метра
Salix rosmarinifolia — Ива розмаринолистная с очень короткими черешками на побегах. Листья 4х1 см.
Salix starkeana — Ива Старке с яйцевидными листьями.
До 2-х метров
Salix aurita — Ива ушастая с серповидными прилистниками и листьями длиной 2 см
Salix caspica — Ива каспийская с листьями длиной 8 см, сизыми и жесткими
До 4-х метров
Salix cinerea — Ива пепельная
Salix aegiptiaca — Ива египетская с волнистыми листьями 16х4 см
Salix purpurea — Ива пурпурная с почти супротивными голубовато-сизыми листьями
До 8-ми метров
Salix triandra — Ива трехтычинковая с мелкопильчатыми листьями длиной до 16 см

Еще пять видов это древесные кустарники — выглядят они почти как обычные крупные кустарники, за исключением того, что у них выражен один или несколько главных стволов.

До 8-ми метров
Salix viminalis — Ива прутовидная с шелковисто-серебристой нижней стороной листьев размером 16х1 см
Salix dasyclados — Ива шерстистопобеговая с листьями  размером 16х4 см  и серым матовым опушеннием нижней стороны листа
Salix caprea — Ива козья с листьями размером 16х8 см
До 16-ми метров
Salix acutifolia — Ива остролистная, она же краснотал, она же красная верба, она же красная шелюга. Ей присущ налет на ветвях. Листья жесткие, размером 8х1 см
Salix daphnoides — Ива волчниковая, она же желтая верба и желтая шелюга. Ветви имеет толстые, листья размером 8х2 см.

Остальные шесть видов это деревья:
До 4-х метров
Salix mirsinifolia — Ива мирзинолистная с двухцветными пильчатыми листьями
До 8-ми метров
Salix matsudana — Ива Матсуды со змеевидно изогнутыми ветвями
До 16-ми метров
Salix babilonica — Ива вавилонская с листьями 16х2 см вытянутыми в косое острие и свисающими до земли ветвями
Salix pentandra — Ива пятитычинковая с кожистыми листьями, ширина которых в три раза меньше длины, а заостренная верхушка оттянута
Salix fragilis — Ива ломкая с плотными листьями длина которых в 5 раз больше ширины. Черешок с глубокой бороздкой и бородавками
До 8-ми метров
Salix alba — Ива белая с пильчатыми листьями, размером 8х2 см

Ну все-же просто, не так ли? Но поскольку любая классификация со временем забывается, я приготовил вам три простых мнемонических правила запоминания видов. Названия идут в порядке убывания высоты.

Кусты: Три пурпурных египетских циника косили у Риты старые розы
(triandra, purpurea, aegiptiaca, cinerea, caspica, aurita, starkeana, rosmarinifolia)

Древовидные кусты: давно окутывал капрал даже клады вынимал
(daphnoides, acutifolia, caprea, dasyclados, viminalis)

Деревья: альбом фрагментов пяти вавилонян мать Судана Мирзинян
(alba, fragilis, pentandra, babilonica, matsudana, mirsinifolia)

Последнее правило не очень удачное, но я так и не придумал ничего, что однозначно бы соотносилось с ивой Матсуда и мирзинолистной.

Обильные фильтруации

Я вертел на имморалистическом хую все советы о том, как следует писать эти очерки. Но вы так часто просите меня фильтровать посты перед публикацией, что на этот раз я не сдержался и пошел у вас на поводу.

Буду фильтровать. Начну с фрагмента снимка SRTM:

Ну а хули елозить-то? Фильтровать — так фильтровать. К великой моей печали, вы в просьбах своих нихуя не говорите о предпочтительных способах фильтрации. Что-ж, поэкспериментируем, дабы никто не ушел обиженным.

Начнем с DTM-фильтра, в основе которого лежит статья Георга Фоссельмана. Технология фильтрации основана на предположении о том, что резкий перепад значений высоты на незначительном пространстве DEM-растра свидетельствует не об особенностях рельефа, а о наличии объектов местности, искажающих ЦМР. Проще говоря, если на левом пикселе высота десять метров, а на правом тридцать, то скорее всего на местности в данных точках вы вместо обрыва/карьера увидите стену леса, здание или другую нерельефную ебанину. Фильтр просматривает растр скользящим окном заданного радиуса и отделяет области с уклоном выше указанного. При соответствующих настройках, этот фильтр позволяет не только отделить неестественные превышения, но и разделить растр на слои равнин и уклонов.

На демке с территорией города Шахты, алгоритм фильтрации сбоит на терриконах и отвалах. Впрочем, на таких масштабах уместнее использовать вместо SRTM растры ASTER GDEM. На моем фрагменте все работает прекрасно. Вот вам равнины:

А вот уклоны свыше тридцати градусов:

Главное, помните фильтр только отделяет одни пиксели от других. Дать физическое объяснение результата — уже ваша задача. Вот какого хрена на острове Поперечном такие уклоны? Он же ровный как блин. У меня даже фоточка есть:

Чаще всего подобные искажения возникают за счет растительности. Отделить ее от рельефа практически невозможно. Но если на плакорах с этим можно почти смириться (нужно только забыть про разницу в возрастах, бонитетах, наличие дорог, лугов, болот и полей, ветровалы, бобров, пожары, рубки и усыхания), то получить детальную ЦМР для склонов долин обычно затруднительно. Да чего объяснять-то? Каждый из вас наверняка видел такую взаимосвязь растительности и рельефа:

Но хватит, уже про DTM. Вы можете подумать, что у меня нет чувства такта. Фильтр комочков (Filter clumps — да простят меня профессиональные переводчики) отсеивает связанные пикселы с единым значением, превышающие заданную площадь. Например, вот области в которых соприкасается не менее тридцати пикселов с единым значением высоты:

Мажоритарный фильтр (majority filter) делит растр на сегменты указанного размера. В каждом из них вычисляется значение большинства пикселов, которое впоследствии экстраполируется на всю область. В результате имеем следующее:

Исходный SRTM в приближении:

Результат работы мажоритарного фильтра в том же экстенте:

  • Для понимания, на рисунке ниже черные изолинии с SRTM наложены на красные изолинии с отфильтрованного растра. Результат налицо:

Морфологический фильтр, точнее фильтры. Спешу огорчить всех натуралистов. Умойтесь, к геоморфологии эти фильтры не имеют никакого отношения, даже несмотря на их специфические наименования. Базовых морфологических фильтров два: дилатация и эрозия. Кроме того, активно используются фильтры замыкания и размыкания. В первом применяется сначала дилатация, затем эрозия, во втором — наоборот. Нихрена не понятно? Не проблема. Вот вам иллюстрированная классификация. Основана на лучших моих художественных скиллах вкупе с простейшим графическим редактором:

При дилатации  происходит расширение пикселей, в результате которого изображение становится более светлым и размытым:

Красные линии — горизонтали с растра дилатации, черные — горизонтали SRTM:

При эрозии происходит обратный процесс. Однородные области увеличиваются в размере за счет подавления шума между ними.

Красные изолинии с растра эрозии на фоне черных горизонталей SRTM

Это размыкание

с горизонталями

А это замыкание

с горизонталями

Все, хватит про морфологические фильтры. Это банально и скучно. Самое время испить из фрактальной реки и вспомнить про богов алеатики. Дамы и господа! Леди и джентельмены! Мудачье! Специально для вас, Карл Гаусс со своим фильтром!

— ээээээ, а где растр то?

А не будет растра. Ибо визуально после применения фильтра различия почти не отличить. Суть фильтра в отсеивании областей с заданным стандартным отклонением. Что-бы вы не расстраивались вот вам картинка с изолиниями (standart deviation = 1):

Фильтр Ли. Это к китайцам не имеет никакого отношения, просто я в душе не ебу, как перевести «Multi direction lee filter» на адекватный русский язык. Более того, я с трудом понимаю что это вообще такое, а для чего это — не понимаю вообще. Но раз уж зашла речь про фильтрацию, грех не рассказать про эту хрень.

Фильтр разделяет растр на три дочерних: результат фильтрации, растр минимума стандартного отклонения и растр направления минимума стандартного отклонения.

Результат фильтрации визуально от оригинала не отличим:

Минимальное стандартное отклонение. Тут все почти просто, если найти мануал, объясняющий значение прилагательного «минимальное».  Результирующий растр в псевдоцветах выглядит так (чем краснее, тем выше стандартное отклонение):

Слой изолиний в той же палитре:

Но самое интересное — направление минимума стандартного отклонения. Я воздержусь от комментариев, лучше покажу вам результат и выпью своего пива.

Изолинии по растру направления минимума стандартного отклонения на фоне изолиний SRTM (черные линии):

Гораздо понятнее обстоят дела с ранговым фильтром. Просто указываете ранг сатистики и извлекаете пиксели с нужными значениями. Вот, например, медиана

Изолинии из результата фильтрации (50-й ранг) на фоне изолиний SRTM:

На этом все.

Э, да я смотрю вас не наебешь. Действительно, а как же дивергенция градиента значений растра? Вообще физический смысл лапласиана достаточно условен, типа значений концентрации градиента. Но в нашем случае ситуация проще. Фильтр Лапласа выделяет контуры на растре. В итоге имеем следущее:

Да прибудет с нами псевдоцвет растра итогов применения фильтра Лапласа!

Ну и горизонтали, само-собой. Хотя, это все-таки не горизонтали, а просто изолинии.

Хотя, конечно, проще всего использовать простой фильтр. Особенно, если вы хотите строить горизонтали.

А еще проще совершенно не использовать фильтр. Я лично нефильтрованному вообще приоритет отдаю, у меня как раз тут еще немного осталось.

Надеюсь, на этом, ваша просьба о фильтрации полностью удовлетворена. Всем присутствующим спасибо. Все недовольные могут пройти нахуй, ибо тут у меня суверенный анархизм: хочешь с Бакуниным бухай, хочешь Вольтариану Де Клер еби. А советы ваши по поводу того, как мне следует статьи писать можете в жопу себе засунуть.

Как доехать в хутор Ботановский

Неделю назад я допивал в Питере свое пиво и смотрел на телефоне без кнопок на местоположение троллейбуса на котором я должен был через пол-часа уехать. А вчера безуспешно попытался найти хоть какую-нибудь информацию о возможности приехать в хутор Ботановский Ростовской области на общественном транспорте. Со злости решил написать несколько строк про осмеров, урбанистов и прочую хипстоту, но тут меня понесло…

Представьте: живете вы себе на антарктической базе. За окном холод и снег круглый год, но у вас тепло, вкусная еда, безлимитный интернет и туристические негры с телками в мини-юбках. Все как в цивилизованном мире, если не считать того, что раз в пол-года вы встречаете сантехника Петровича в фуфайке и с разводным ключом в руках, который второй год не может отладить ваш теплый толчок. «Хули ты тут, мудло, макулатуру свою раскидал» — говорит он указывая на томики Буковски, Улицкой и Ремарка, аккуратно сложенные на полочке близ унитаза. Настроение у вас, безнадежно портится, а тут еще вас приглашают в вагончик коворкинга на вечеринку по поводу новой картины Тима Миллера, где подают смузи приготовленный по рецептам прошлого сезона. И вот вы уже попиваете с коллегами эту дрянь и соглашаетесь с тем, что Антарктида — хоть за последнее время и была неплохо отстроена, все равно остается жуткой дырой на фоне цивилизованного мира. Да что тут говорить — даже нормальную жидкость для вейпа не купить: всю последнюю неделю в продаже только жидкости со вкусом клубники, ананаса, яблока, киви, манго, лимона, табака, вишни, морской соли и солнечного ветра.

И тут, из глубины вагончика раздается хриплый хохот. Оборачиваетесь и видите страшного человека в лохмотьях, с обмороженным лицом, ампутированными пальцами и беззубым от цинги ртом. Он страшен, пьян и беспрерывно курит, вынимая изо рта вонючую сигарету только для того, что-бы сделать еще несколько больших глотков из украденной у техников канистры с техническим спиртом. В вагончике все моментально замолкают. Все с нескрываемым отвращением смотрят на этого странного человека, не понимая кто он и как его пустили с улицы в чистый вагончик.

Страшный человек хрипит и булькает, не то в приступе хохота, не то в агонии. Но спустя несколько минут успокаивается, подкуривает новую синарету, отпивает еще пару глотков из канистры и полнейшей тишине говорит.

Двадцать семь лет назад я прибыл в качестве младшего техника на станцию «Южная Антарктика». В те времена еще не было никакой автоматизации: всю работу техники выполняли руками или с помощью нехитрых приспособлений. К счастью, на «Южной» был значительный механизированный парк. В распоряжении техников и инженеров бурения были тридцать восемь тракторов «Антарктика 12ДТ», шесть мотоплатформ, шесть кранов, два аварийных самолета на случай эвакуации. Работала электростанция на двести тридцать пятом уране — единственная в Антарктиде, котельная, льдоплавильня, цех мониторинга шурфов и лаборатория гидроанализа, экспедиторский корпус и рота охраны.

Основной задачей нашей станции была добыча льда и хранение ледяных запасов. Для этого велись разработки на глубине в несколько сотен метров, откуда по транспортеру лед доставлялся на поверхность и грузился на мотоплатформы. Раз в несколько дней, загруженная мотоплатформа отправлялась экспедиционным корпусом на станцию «Тито». Сейчас от нее осталось только несколько наиболее крупных ангаров, а на тот момент это было крупнейшая база западного сектора. По прибытию очередной мотоплатформы, на станции открывали очередной ангар и мы загружали его льдом под завязку. После этого, двери ангара заваривались, а по периметру выставлялась вооруженная охрана.

Если после заполнения ангара, на платформе оставался неразгруженный лед, то его везли в льдоплавильню, где топили в специальных котлах, после чего сливали образовавшуюся воду в отработанные штольни. Все проходило в обстановке строжайшей секретности, поскольку была большая опасность, что технология работ и данные о запасах льда могут попасть в руки недоброжелателей, которые смогут дестабилизировать добычу. Перед каждым заступлением на вахту персонал подписывал восемь актов о неразглашении, четыре акта о конфиденциальности и заявление на допуск к секретным работам. Кроме того, каждому технику выдавалось под роспись четыре ключа, о назначении которых никто не знал, поскольку данные о местоположении замков, к которым прилагались эти ключи были в ведении сотрудников секретного отдела, которые работали на Большой Земле и никогда не появлялись на станции.

Так мы работали больше года. Во время моей второй зимы я заступил на обычную вахту и буквально спустя пару часов погас свет во всех отсеках, пропала связь с Большой Землей, а по аварийному каналу связи удалось поймать только сигнал настройки радиооборудования. Это был Большой Панантарктический сбой. В течение тринадцати суток мы в полной темноте запускали и настраивали реактор, что больше напоминало восход Солнца в ручном режиме.

На четырнадцатые сутки энергообеспечение было восстановлено, еще через два дня полностью была восстановлена связь с Большой Землей. Примерно три месяца мы работали как и раньше, за это время были отправлены две мотоплатформы со льдом. Третья платформа была уже наполовину загружена, когда на нашем участке появились незнакомые люди, одетые в рабочую одежду. Они явно не понимали своей задачи, ходили по отсекам с отрешенным видом иногда предлагая случайным техникам свою помощь.

— Это связисты из центра сообщения — пояснил мне инженер. Вчера вышел приказ начальника станции, о том, что связь с Большой Землей разрешается осуществлять только высшему командованию без допуска технических специалистов.
— Зачем?
— Из соображений секретности. Есть опасность, что кто-нибудь из связистов может получить доступ к информации о местонахождении замков от ключей и сообщить их не тому, кому следует.
— А кому следует? Зачем вообще эти ключи?
— Ты дурак что-ли? Второй год работаешь и до сих пор спрашиваешь такую чушь. Работай иди — недовольно поморщился инженер и ушел.

Спустя еще два месяца я проснулся от непривычного рева. Так звучал только самолет, но последний борт прибыл на станцию неделю назад и в ближайшие два месяца никакого авиасообщения не планировалось. Вместе с остальными техниками я оделся и вышел из вагончика.

Холодный, обдуваемый ветром аварийный самолет был на полосе один. Второго аварийного самолета не было. Свежевычищенную полосу вновь заносило снегом. Кто-то включил аварийную сигнализацию, но все системы работали штатно и динамики оповещения молчали. После этой ночи мы еще пять дней работали как обычно. Догрузили платформу и собирались к новой отправке на «Тито».

В обед шестого дня прозвучал сигнал общего сбора. К собравшимся в столовой инженерам и техникам вышел инженер узла связи и сообщил, что все радиооборудование уничтожено, а все командование станции отсутствует, за исключением начальника, тело которого инженер обнаружил при проверке линии связи.

Через два дня было обнаружено, что восемнадцатый ангар вскрыт и опустошен. Судя по количеству наметенного снега и состоянию тел у дверей — склад был открыт еще тогда, когда оба аварийных самолета были на полосе. Никто не знал, что находилось в этом складе, но вокруг него всегда была усиленная охрана из отдельного взвода.

Началась паника. Рота охраны сняла оцепление с объектов, в том числе с загруженной мотоплатформы. Техники, инженеры и более крупное начальство кинулось растаскивать с мотоплатформы куски льда и уносить в свои вагончики. Там он моментально таял, поэтому люди снова бросались к мотоплатформе. Начались столкновения, появились первые раненые.

Через восемнадцать часов с ленты транспортера перестал поступать лед, но по ее центру потянулась кровавая полоса. Еще через несколько часов транспортер остановился. Как позже выяснилось — клети шахт были отключены, а персонал дрался за куски льда у мотоплатформы, поэтому рабочие в течение двух смен не могли выйти на поверхность. Замерзая, они попытались подняться по транспортерной ленте, но та шла по слишком узкому каналу и бедолаг зажало в узкой трубе. Лента шла не останавливаясь протирая вначале их одежду, а после кожу. Люди умирали страшной смертью, но крики их с такой глубины были не слышны. Очень быстро замерзшие тела застопорили ленту и сработало аварийное отключение транспортера. Больше в шахту никто не спускался.

На восьмые сутки беспорядков была объявлена эвакуация. Поскольку увезти всех на одном самолете было невозможно, командир роты охраны приказал заглушить реактор и заминировать лабораторию гидроанализа. Под прикрытием автоматчиков он завел в самолет специалистов с наивысшим допуском секретности: инженеров связи, инженеров энергоустановки и экспертов лаборатории. Несколько техников бросились к самолету, но были застрелены.

Люк самолета закрылся под яростное рычание оставшегося на базе персонала. Самолет загудел и люди озлобились еще сильнее. Гул самолета и ненависть людей на полосе нарастали довольно долго, но никто так и не двинулся с места. Неожиданно, двигатели самолета начали затухать, открылся люк и пассажиры вышли на полосу.

Никто после так и не смог вспомнить, что послужило сигналом к наступлению. В какой-то момент толпа техников, рабочих и инженеров кинулась на солдат, а те, даже не спрашивая приказа, открыли огонь. Люди обезумели. После, те кто остался в живых, рассказывали, что после запуска двигателей, по салону самолета потекли струйки воды. Чем теплее становилось в салоне, тем больше текло и капало отовсюду. Во всех ящиках, багажных отсеках, среди проводов в электрошкафах лежали спрятанные аккуратные бруски льда.

После этого на станции наступил холод. Запускать реактор оказалось некому. Несколько инженеров были убиты у самолета, двое погибли при попытке запуска, а еще четверо бесследно пропали. Люди сливали из бочек и техники топливо и грелись им в вагончиках. Склады с продовольствием были до верху забиты ледяными слитками, а выброшенные продукты все сильнее заносило снегом. Люди дрались раскапывая мешки с макаронами. По станции прокатилась волна самоубийств. Поговаривали о случаях людоедства.

Так прошла первая зима. Бортов С Большой Земли не было. О нас никто не вспоминал. В ноябре стало немного потеплее, солнце стало подниматься все выше. Нас осталось очень мало, участились случаи каннибализма и возникли драки за новый ресурс — топливо. Несмотря на это, наступило некоторое подобие порядка. Проход к складам разрешался только в определенные часы по расписанию. Нарушители лишались возможности подходить к складам в течение трех суток. За соблюдением расписания следили несколько вооруженных солдат. Власть принадлежала нескольким людям, чьи вагончики находились ближе всего к продовольственным складам и топливному хранилищу: старшему механику цеха мониторинга шурфов, рабочему шахты, экспедитору и технику льдодобычи. Формальную власть осуществлял экспедитор. Появилось даже подобие торговли. Снег замел мертвые тела и разбросанный вокруг мотоплатформы лед.

В январе, в самый разгар лета, неожиданно для всех по станции прозвучал сигнал общего сбора. Придя в холодную столовую мы обнаружили там экспедитора, рабочего шахты и одного из автоматчиков. Слово взял экспедитор.

— Коллеги, мы находимся в катастрофической ситуации. Но, несмотря на это, нам следует оставаться людьми. Да, мы думали, что скоро за нами придет помощь. Этого не произошло. Но не следует опускать руки и терять надежду. Мы не должны есть друг друга. Мы не должны убивать друг друга. И обкрадывать друг друга мы тоже не должны. За время этих долгих месяцев я поддерживал порядок. Но за моей спиной, и за вашей спиной, друзья, старший механик и техник льдодобычи постоянно нарушали утвержденное мной расписание. Благодаря командиру взвода охраны это выяснилось. Вчера он обходя вагончик техника льдодобычи нашел его открытым. В нем лежали тела самого техника и старшего механика. Эти недолюди убили друг друга в порыве жадности. В их вагончиках стояли полные канистры топлива, лежали свечи, еда, много еды! И даже табак и спирт!

Люди сглотнули слюну и оскалились.

К сожалению, я слишком слаб. Поэтому предлагаю считать главным командира взвода охраны. Он наведет настоящий порядок. Продукты и топливо, найденные у этих негодяев предлагаю разделить между всеми поровну.

Сидящий рядом рабочий шахты согласно кивал головой. Через неделю после того, как командир взвода был назначен старшим его нашли повешенным в собственном вагончике.

Первое что сделал новый начальник — назначил смертную казнь за людоедство. Расстрелы были проведены перед всеми на одной из мотоплатформ. Тела оставили на холоде и на следующий день они куда-то пропали. Изменился порядок поиска продовольствия. Отныне, откапывать еду можно было всем, но десятую часть найденного требовалось сдать в фонд чрезвычайного запаса. Из нескольких солдат была сформирована инспекция общественного контроля, которая проверяла вагончики и помогала из чрезвычайного запаса людям которые были обречены на смерть. Это редко помогало прожить им больше чем пару дней, но люди с воодушевлением восприняли новую инспекцию. Была сформирована бригада уборщиков, которые за дополнительный паек расчищали основные пути. Но самое главное, удалось запустить аварийную электростанцию. В вагончики впервые за долгие месяцы пришло тепло и пропала необходимость в топливе.

Так продолжалось до начала осени. Усилившиеся морозы делали процесс поиска еды все более сложным. Налог на еду подняли с десяти до двадцати пяти, а спустя две недели до пятидесяти процентов. В середине марта топливо стало заканчиваться. В вагончиках вновь стало холодно. Люди потянулись с канистрами по старым местам, но буквально через несколько дней вышло распоряжение о запрете хищений топлива. За хищение жители вагончика лишались еды на четверо суток. Электростанция работала все хуже — голодные люди умирали прямо на вахте. Ввели расстрел за хищение топлива. Инспекция общественного контроля начала искать в вагончиках излишки продовольствия и топливо. Все найденное изымалось. Никто уже не обращал на умирающих внимание.

В начале мая электростанция остановилась. Было объявлено, что топливо иссякло, хотя все знали, что это не так. Кроме того, персоналу электростанции было запрещено под страхом расстрела общение с кем бы то ни-было кроме солдат. Налог на еду вырос до семидесяти процентов. Люди искали еду втайне, отдавали четверть найденного солдату и еще половину от того что осталось инспекции. Участились угрозы расстрелов. Бригаде уборщиков перестали выдавать дополнительный продовольственный паек, но под угрозой расстрелов заставляли работать.

Семнадцатого мая загудели двигатели «Антарктики», что стоял возле моего вагончика. Выйдя на холод я увидел в темноте удаляющиеся огни трактора с прицепом-вахтовкой для перевозки рабочих между станциями. Из последних сил я догнал его и залез на заднюю платформу. Я не знаю зачем я это сделал. Очень быстро станция пропала из виду, а я стал замерзать. Впрочем, это уже не имело никакого значения. Я закрыл глаза и приготовился замерзнуть.

Очнулся я на станции «Полярная». По рассказам, в тот день два солдата, приближенных к командиру взвода погрузив продовольствие и топливо отважились доехать до ближайшей антарктической станции. Выведя четырех трактористов под автоматами они заставили их загрузить полный прицеп еды, топлива и ледяных слитков. При загрузке один из ящиков упал на тракториста и тот остался лежать без движения. Никто не обратил на это особого внимания. Но после того как трактор отъехал от станции на безопасное расстояние один из водителей вырвал у задремавшего солдата автомат. Трактористы вывели солдат из кабины и приказали раздеться. На таком холоде шансов выжить у них не было, зато был случайно обнаружен я. Живой, хоть и с отмороженными пальцами.

Трактор доехал до «Полярной» без прицепа. Говорили, что на следующий день на «Южной» разъяренная толпа убила командира взвода охраны. Найденных в его вагончике продуктов и топлива хватило бы на всех еще на одну зиму. Но спустя неделю на станции «Южная», вернее том что от нее осталось, приземлился спасательный вертолет.

Мужик забычковал окурок, посмотрел на нас и вдруг дико расхохотался. «Ну вы и дебилы» — говорил он сквозь мерзкий булькающий смех — «Это-ж сказка!». Он закурил еще одну сигарету, затянулся, отхлебнул из канистры и продолжил.

— На самом деле пальцы я отморозил когда пьяный на зимнюю рыбалку поехал, а зубы я выбил когда на меня конвектомат упал. Но знаете, в одном я все-таки прав — мужик еще раз отхлебнул из канистры, затянулся и посерьезнел.

— Вы все тут, все как один. Вы нихрена не можете себе представить что такое настоящая дыра на фоне цивилизованного мира.