Темпы вакцинации

Каждый день слышу новости: люди пренебрегают вакциной от ковида. Уже и лотерейные билеты предлагают, и шарики раздают, в Москве, говорят, решили автомобили разыграть. Пропагандисты с обеих сторон обмусоливают этот факт, врачи недоумевают, чиновники оплакивают свои должности. Все причины перебрали: русский «Авось», недоверие гэбне, теорию заговора, опасение побочного действия и еще черт знает что.

Но никто не заметил, что после укола врачи ошеломляют пациента заявлением: «Теперь десять дней пить нельзя». Тут ханжи сморщат нос, мол здоровье дороже, показав тем самым полное непонимание русской идентичности: «завтра» туманно, «послезавтра» зыбко, а «через неделю» вообще не существует. За годы рекламы о том как табак отнимает десять лет жизни могли бы уже это осознать.

Если бы я создавал вакцину, то после укола пациентам следовало бы пить десять дней не просыхая. Сразу бы потянулись караваны к медпунктам. Половина бы, правда за эти десять дней перемерла, но зато остальные оказались привиты в кратчайший срок. А главное: к вакцине бы сложилось полное доверие и никаких теорий заговора.

Даже шарики не нужно раздавать.

Феминизм откладывается

Планировал рассказать занимательную историю о рыбном феминизме. Наковырял червей, взял технику, сидел на берегу до самой темноты. А в результате одни ротаны и окуни.

Зато появился дополнительный повод на рыбалку идти.

Пропавшее котокафе

Однажды в Питере посетил котокафе и остался недоволен. Взбаламучнные кошки офигевают, дети орут, а тетки урадкой теребят кошачьи яйца. То ли дело было в СКК на Гагарина, где я полтора года работал монтажником. Зайдешь под трибуну и в нос ударяет вонь кошачьей мочи. Пробуждает сильнее нашатыря.

Кошки в СКК поколениями жили дикой жизнью. Питались крысами, в руки не давались. Пометили все стойки, прогоны и щечки до которых смогли добраться. До сих пор, посещая выставки, я принюхиваюсь в поисках знакомого запаха. Но ни в ЛенЭкспо, ни в Евразии, ни в новых питерских павильонах ничего подобного не ощущаю.

Теперь уже и СКК нет. Последний раз я посетил его в апреле девятнадцатого года, незадолго до разрушения. Вспомнил ночные гонки на рохлях, концерт КиШа за окнами и главное правило: три прогона — отсечка. О разрушении комплекса говорили много, но про кошек никто не вспомнил. Что с ними стало? Отравили? Завалило обломками? Разбежались по окрестным помойкам?

Всякую ерунду обсуждают, а куда пропала котофауна одного из крупнейших спортивных объектов Европы никто сказать не может.

Гаубицу на бок не класть

Чем дольше общаешься с академическими исследователями, тем больше схожего наблюдаешь между современной наукой и религиозными сектами. В обоих случаях главенствует жесткий догмат и нежелание обсуждать неудобные вопросы. Назовите физические законы рукой бога и оба мировоззрения сольются в единое целое. Разница лишь в деталях литургий. Одни ставят свечки бородатому, другие создают базы данных охраняемых видов. У одних красота — это доказательство бога, у других — проявление гормонального фона.

Спорить не стану, какая вам терминология нравится, ту и применяйте. Но зачем подменять определение причинами? Эдак у вас и человек — результат совокупления. Возьмем ту же красоту: где ее формализованное математическое определение? Здесь мне возразят, мол, красота — термин гуманитарный и к естественным, а тем более точным наукам отношения не имеет.

Но возьмем для примера лобарию легочную. Насколько связан ее охранный статус с редкостью, а насколько с внешним отличием? Кто изучал вопрос зависимости охранного статуса от красоты вида? Понятно, что тут есть обратное суждение: красивые виды подвержены большему риску истребления и одновременно культивирования. В любом случае, понятие красоты играет важнейшую роль, но стоит об этом заявить, как тебя моментально упрекают в пренебрежении «научной картиной мира».

На мой взгляд исследователь волен задавать любые вопросы, сколь бы глупо они не звучали. Почему камни на землю падают? Является ли сознание результатом трения? Почему бумажки к расческе липнут? В каких единицах измерять красоту? Можно ли взять производную вне области значений функции? Бывает ли отрицательное время? Может ли бог сам себя убить? Любой бред.

Если в ответ вы услышите, что это «физика Мпембы», значит перед вами служитель культа, вне зависимости от наличия у него рясы или докторской степени.

Уникальные дети

Очень прошу: избавьте меня от рассказов о ваших детях. Не надо тыкать мне в лицо смартфоном, не надо из бумажника доставать фотокарточку. Условимся, что я заранее похвалил, оценил, позавидовал или что вы там от меня ждете. Сразу переходим к другой теме.

Пока человек не дорастет до вменяемого возраста (чаще всего это происходит годам к сорока, но с некоторыми вообще никогда не происходит) он омерзителен во всех смыслах и чем моложе, тем омерзительнее. Будь новорожденные столь уникальны, не знал бы мир городские легенды о подменах в родильных домах. Если ваш ребенок непохож на остальных, он либо негр, либо урод. Хотя новорожденные и без патологий напоминают лысых морщинистых китайцев.

Дети и родители — это интимная семейная зона, не стоит звать туда кого попало, во всяком случае не меня. Вне рамок биологии я не хочу разглядывать и обсуждать уникальность того, что из вас вылезло.

Военная экология

В учебке нас до принятия присяги ежедневно пытали патриотическим воспитанием. Воспитание заключалось в бесконечных диктантах о том как Суворов закрыл грудью абразуру, а Долгорукий оборонял крепость Осовец. Пытаясь разбавить эту тоску, я откопал в тумбочках ленинской комнаты учебник военной экологии и тщательно изучал его до тех пор пока нас не рассадили по отсекам подводной лодки.

Главный вывод моего самообразования — обычная экология, которую преподают в гражданских институтах — полная хрень, а военная экология — хрень в квадрате. Единственное полезное знание из трехсот страниц текста заключалось в совете по движению танковых колонн: каждый последующий танк должен идти на пол-корпуса правее или левее предыдущего. Любой деревенский водитель знает про это без всяких курсов.

Публикации на тему военной экологии еще скучнее. На среднюю пятистраничную статью приходится две страницы переживаний о неизбежности войны, две про влияние боевых действий на экосистему (без всякой конкретики) и одна о важности преподавания экологии курсантам. Ни одного обзора или обобщения.

Может ли стадо кабанов подорваться на противопехотных минах? Как влияет люизит на клубеньковые бактерии? Влияет ли калибр снарядов, которыми был обстрелян лес на вероятность эпифитотии? Сколько времени проходит от окончания боя до появления на трупах первых падальщиков? Ответы редки, разрозненны и не складываются в общую картину.

Термин «военная экология» появился лет тридцать назад, но как таковые, военно-экологические задачи стояли перед людьми всегда. Взять тех же скифов с их «тактикой выжженной земли». Если не зарываться в историю, то первым вспоминаешь про войну во Вьетнаме, где дефолиантом «Оранж» было обработано свыше половины площади джунглей страны.

Можно вспомнить и более ранние примеры сочетания военных и естественных наук. В сорок первом году Екатерина Алексеевна Галкина разработала технологию дешифрирования болот по аэроснимкам с целью определения их проходимости для пехоты и техники. В сорок пятом году вышла небольшая монография Сергея Александровича Захарова в которой он вводит понятие «военной эрозии» — размывания черноземных почв, вызванное многочисленными окопами и воронками от попадания снарядов.

Во время работы в академии мне довелось познакомиться с дневниками Эгберта Вольфа — знаменитого ботаника, интродуктора и одного из основателей фенологической практики. О важности фенологии — учения о сезонных явлениях природы исследователи плачут по сей день. Кого, мол, интересуют сроки распускания листьев? Обидам уже не один десяток лет и причины их понять можно. Но была ли хоть одна рекомендация от дендрологов за время чеченских войн, где военные каждую весну повторяли одно и тоже: «Лишь бы зеленка не распустилась»?

Люди уже вовсю используют высокоточное оружие, подрывные дроны, гуманные мины и другие чудеса инженерной мысли. Но до сих пор никто не может ответить ни на вопрос о влиянии экологической обстановки на ход ведения войны, ни на вопрос о последствиях боевых действий для окружающей среды. Одни не хотят слушать очкастых ботаников, а вторые подтверждают правоту первых.

Свастики Герцена

Любопытно, что за полтора десятка лет культивирования патриотизма никто не обратил внимание на фасады питерских домов. Взять, к примеру, дом Герцена, что на Загородном проспекте. Уже за один взгляд на такое изобилие можно двушечку давать.

Главное никому не показывать, а то не заметишь, как появится время для размышлений «Кто виноват?» и «Что делать?» Последнее, правда, из Чернышевского, но не исключаю, что от взгляда на фасад его дома еще пару статей прибавится.

Водоемы из OpenStreetMap

Помню, нахлынула на меня кручина и я часами обрисовывал в OSM водоемы вокруг озера Варчато. Теперь в озерном Ямало-Ненцком округе рябит голубое пятно и таких мест в OpenStreetMap не сосчитать. А еще существет вечный спор о наименованиях. Как правильно писать: «оз. Умбозеро», «озеро Умбозеро» или просто «Умбозеро»?

Преодолевая эти трудности я создал отдельный слой с именованными водоемами. Проблему равномерного распределения полигонов не решил, скорее наоборот: если отсеять диванный маппинг, неоднородность лишь усиливается. Но зато получил сносные данные для подписей. Обработал шестьдесят с лишним тысяч записей, удалил сомнительные наименования, исправил очевидные опечатки и отделил названия водоемов от их типов.

В процессе редактирования старался не жестить и правил только гидронимы на русском языке. Их я хотя бы выговорить могу, в отличие от озер Алятпильгынгытгын и Ляккылькэтыпорыльто. Среди русских топонимов тоже попалось много занятного, начиная от постоянного слова «катлаван» и заканчивая такими шедеврами как: «подземная база подводных лодок», «пока нет названия», «Отмыться после 30 маршрута», «Большие Дурманцы (на Яндекс картах)», «Убитая баба», «Ч1ат!абяр», «Верхнеафипский Лох-Несс», «Сети не ставить!!!», «Тощая щука» и «Озеро нашей любви».

Удалил около двух тысяч объектов с заполненным тегом «name» по причине явного бреда, сомнительной лицензионной чистоты, или неверно заполненного имени. Водоемы с названиями «Пожарный водоем», «золоотвальник», «затопленная пойма», «для разведения рыбы» и др. в слое отсутствуют.

Помимо поля «name», где указано название водоема, существуют еще поля: «type» — тип водоема (например, «озеро или «водохранилище») и «shorttype», где дано сокращение (например, «оз.» или «вдхр.»). Оригинальные значения ключей оставил в поле «fclass», площадь полигонов в «area». Актуальность данных — апрель 2021 года.

Вектор в шейпе EPSG:4326. Кроме него в архиве текстовый и экселевский файлы с таблицами. Данные могут быть полезны разработчикам картографических стилей и специалистам по топонимике.

Ре5ка

Не перестаю удивляться отсутствию в OSM простейших инструментов контроля введенных атрибутов. Достаточно ведь нескольких строк кода и количество ошибочных наименований сократится на порядок. Почему в «name» можно ввести слово «Озеро», можно «оз.», а можно поставить знак плюса или адамову голову и редактор не возмутится?

Я не говорю, что стоит запрещать произвольные названия, но обратить внимание на странность введенного слова можно ведь?