Сухой Донец

Вместо Матильды

Если вы в гробу видали всех, кого волнует фильм «Матильда», то вам альтернативное кинцо. Этот фильм гораздо лучше хотя бы тем, что он на девяносто пять минут короче, в нем не фигурирует Николай второй и никто не рассказывал вам об этом фильме каждый день на протяжении последних полутора лет.

При желании тут тоже можно найти политоту, сиськи, убийства, трагедию, экшн и титры, но вообще-то это фильм про реку Сухой Донец и двух натуралистов, которые там приключались и фиксировали все наблюдения на камеру, как завещал еще великий Кусто. Фильм способствует объединению народов, поскольку не требует перевода в силу отсутствия произносимого текста.

P.S. Спасибо Александру Трофимову за идею и помощь в организации.
P.S. Спасибо Диаволу на пятнашке. Без него вообще нихрена бы не получилось.

Космос

Основы панка. За периметром

Сегодня я предстану перед вами нерешительным, словно трезвый Раджеш Кутрапали. И весьма надеюсь, что нерешительность эта заразит вас, поскольку проистекает из осознания ложной синонимичности рефлексивных понятий приятности и позитива, порождая целый каскад вопросов с единым ответом, в котором подобно зеркалу отражается вся ваша хромота и уродство.

Представьте, что вам пришло приглашение на кинопоказ. Вам дали фрак с бабочкой, довезли на лимузине до кинотеатра, подали шампанское. Милые барышни и солидные мужчины обсудили с вами совершенно пустяковые вещи. Конферансье (или кто там у вас будет) указал ваше место — самое лучшее в зале. Погас свет, затихли голоса. И после минутной пустоты на экране появились вы, в спущенных трусах на унитазе, пытающийся попасть выковыренными из носа козявками в лампочку Ильича на потолке. Ах да, совсем забыл — глава эта вовсе не связана с геологией, просто события последних дней неожиданно продлили и дополнили недавние впечатления.

К тому дню подходили к завершению работы по обследованию северных районов янисъярвинской геологической площади. Мы дополна набившись в буханку ехали вдоль инженерно-технических сооружений, проще говоря забора, за которым проходила граница Российской Федерации.
граница России

Временами этот забор отмечался воротами, шлагбаумами и пограничными будками довольно ухоженного вида
ворота на границе России

Но чаще всего забор выглядел как шеренга пьяных солдат, в разную сторону оперевшихся на ржавую колючую проволоку. Некоторые столбы сгнили настолько, что вовсе не касалась земли или лежали пластом, подмяв проволоку под себя будто одеяло.

Наш маракас цвета «белая ночь» вез трех кандидатов наук, начальника отряда, водителя и двух распиздяев, бросивших институты ради невнятных авантюр. Компания в высшей степени уважаемая, снабженная всеми необходимыми документами и доверием со стороны двух государств, которое выражалось в наличии пропуска за ИТС, заграничных паспортов и даже нескольких открытых виз. Многие уже сейчас могли бы спокойно проехать вяртцильский пропускной пункт и оказаться в Финляндии на законных основаниях. Другим же требовалось для этого лишь небольшая формальная процедура.

Мы не перевозили наркотики, драгоценности и оружие, если не считать таковым несколько геологических молотков. Нас вообще заграница интересовала куда меньше, чем обнажения горных пород зеленокаменного пояса. Мы ехали вдоль границы нашей великой страны и всю дорогу пытались высмотреть самое удобное место для того, что-бы эту границу пересечь

— Вот, смотри, здесь можно перелезть
— А тут по луже можно ксп пройти и если вон там проволоку перекусить, то пролезешь
— А у финов тоже такой-же забор?
— Не, вот, это самое лучшее место, если переходить, то здесь надо

Зачем? Ни одному нормальному человеку в голову не придет искать дырку в заборе, когда у него не только нет в этом нужды, но и есть официальное приглашение через парадный вход. Забор в России вещь прежде всего статусная — основной его смысл в том, что за забором ваши права меньше чем права тех, кто этот забор установил (я уже подробно освещал этот момент в соответствующей статье). Внутри ограждения правила поведения устанавливает владелец ограды, и большой ошибкой было бы считать, что в самом центре этого огорода прав у вас больше, чем на окраине. Но пограничный забор настолько огромен, что влияние его подобно тяжести атмосферного давления — привычно и ощущается лишь в моменты, когда это давление неожиданно исчезает.

Попробуйте отъехать от границы всего на пол-сотни километров (это меньше чем от Шахт до Ростова). Маленький городок Лапееранта, с населением в семьдесят три тысячи человек. На первый взгляд никаких отличий нет. Дороги ничуть не лучше, чем у нас, а местами и вообще от наших не отличить
пешеходный переход в Лапееранте

А почему, собственно дороги должны отличаться? За исключением некоторых эксцессов исполнителя (когда пиздят не просто сверх нормы, а все что только возможно), дороги в России ничуть не уступают, а местами даже превосходят финские. Другое дело дома. Люди живут преимущественно в типовых пятиэтажках, но от наших их отличает три принципиальных момента. Во-первых, дома не делают вытянутой формы. Во-вторых, их стараются как можно сильнее отдалить друг от друга. В-третьих, фасад каждого дома не выглядит так, будто его делали по остаточному принципу из любого говна. Я не знаю почему, но финские архитекторы не вдохновились образом скученных серых вытянутых бараков.
Пятиэтажка в Лапееранте

Из-за этого, даже не сразу понимаешь, что перед тобой типовое сооружение в пять этажей. Сравните нашу действительность:
Пятиэтажка на ХБК

пусть даже в прекрасную погоду и замечательное освещение
Пятиэтажка на ХБК

с действительностью финской провинции
Финская питиэтажка

Эта разница проявляется не только во внешнем виде, но и в практике использования домов. Каждый раз, когда железная дверь моего подъезда открывается под тревожный звук домофона, я чувствую себя заключенным, которого переводят из одного тюремного блока в другой. Вы можете сутками промывать себе мозг либеральными речами о правах и независимости, но стоит спуститься за пивом, как вы упретесь в стальную дверь безысходности.
подъезд

На третий день жизни в Финляндии у меня стало ослабевать привычное желание скрестить руки за спиной при движении по лестницам и коридорам
Подъезд в Финляндии

Я всегда был противником домофонов. Домофон — это мерзейшее унизительное зло. Единственная дверь, на который стоит устанавливать наши обычные домофоны должна вести в ад.
Домофон в ад

Но неожиданно выяснилось, что если у этой хуеты убрать красный индикатор и сигнал химического заражения при каждом открывании двери — скрепя сердце с ним можно согласиться
Финский домофон

Если что и нужно делать в России в первую очередь, то это, безусловно, проводить политику дезаборизации и десуссеритизации. Потому что русский человек живет за забором и под охраной не только всю жизнь, но и после смерти. Нет лучшей рекламы кремации, чем кладбище в России.
Кладбище в Шахтах

Представьте, насколько чудовищна убита инфраструктура, что любое кладбище без периметров охраны вокруг каждой могилы становится не только местной достопримечательностью, как например это кладбище в Златоусте
Кладбище в Златоусте

Но и местами проведения досуга и культурного отдыха
культурный отдых на кладбище

Вот вам для сравнения альтернатива — воинское кладбище на улице Кауппакату
Воинское кладбище на Кауппакату

А вот сейчас, извините, будет обидно. Возможно вы слышали, что арабы, негры и прочие нелегалы оскверняют чистоту европейского уклада, но хитрый прищур заключается в том, что по шкале дикости и варварства мы гораздо ближе к неграм и арабам, чем к европейским соседям. В качестве доказательства достаточно хотя-бы привести фотографию туалета в магазине ношенной одежды. Всякое место, в котором концентрируются наши сограждане превращается в Россию:
Туалет в Киркутори

Основные покупатели здесь даже не туристы, а просто, русские, приезжающие специально за дешевым барахлом (оно и впрямь дешевое, я себе куртку за сто сорок рублей купил)
Киркутори

Мы приезжаем сюда партиями. Десятками автобусов и автомобилей. Давайте, расскажите о свободе заключенному, который выходит за ворота только что-бы робу поменять. Что, простите? Права гражданина и либеральные ценности?
Русские в Лапееранту

А в это время на воинском кладбище стремная баба и бородатый мужик в плаще стоят с листами A4-го формата на которых напечатано: «Свободу Навальному!». А на следующий день стоят две бабки с книжным стеллажом и подписью: «Познайте истинный смысл Библии».

Куда девать арендованные велосипеды? О, вот херня какая-то из стены торчит, наверно тут и надо парковаться. Даже в голову не может придти, что пандус с перилами предназначен для удобства инвалидов. Не следует думать, что я сильно отличаюсь от остальных — первый велик мой.
Велосипед на пандусе для инвалидов

Не нужно думать, что за периметром медовая жизнь с дегтярными соотечественниками. Тут много чего такого, чему фины могут у нас поучиться. Например, делать нормальные карты, а не это недоразумение (кстати, в Хельсинки та же проблема)
Карта на остановке

Или варить вкусное пиво, а не помесь кваса с полынной настойкой в таре из под лекарств:
пиво в Лапееранте

Мой месседж вообще не о том, что где-то лучше или хуже. Просто, надеюсь, что в следующий раз, когда возникнет мысль поставить очередной забор или нанять очередного охранника-сесурити, кто-то вспомнит, что внутри периметра из колючей проволоки под ружейным прицелом не возникнет желания арендовать за десять евро велосипед и кататься весь день под проливным дождем.
Велосипеды на велодорожке

P.S. Картинку для заставки сфотографировал с телевизора. Там по какому-то местному каналу всю ночь показывают землю с борта МКС под музыку из порнофильма.
P.P.S. Хрен знает, почему я решил вставить эту статью в цикл «Основы панка», но хрен с ним, пусть будет.

Лиственницы в Елагином парке

О глазомерном измерении возрастов деревьев в парковых насаждениях

Я понимаю, что без этой информации вы жить не могли, но все таки. При повторной глазомерной оценке возрастов деревьев в парковых насаждениях ошибка составляет пол-процента на дерево, математическое ожидание ошибки 11,5 процента. Максимальная ошибка 30%, минимальная 0. В абсолютных числах это соответствует погрешности в четыре месяца на дерево (во пиздец-то!), средняя ошибка семь лет, максимальная — 20 лет. Ошибки в 10 лет чаще всего возникают при оценке возрастов в диапазоне 50-80 лет, ошибки в 20 лет возникают при оценке возрастов старше 80 лет. Породы разноплановые, от липы до лиственницы.

Впрочем реальный возраст все-равно не измерялся, так что эти данные еще ни о чем не говорят. К тому же, выборка включает всего двадцать два дерева, поэтому это не данные, а шляпа какая-то.

Но у многих и такого нет.

PS. Фотку хотел другую поставить, с годовыми кольцами, но она проеблась куда-то.

Вид с Елагина острова

Сплошное неудобство

Если следующий оборот колеса Сансары перекинет меня из человечьего тела в дерево, у меня, вероятно, будут обнажены корни, корневая поросль, корневая и стволовая гниль, боковые побеги, искривление ствола, наклон ствола, механические и морозобойные трещины, сухобочина, дупло, летные отверстия, свилеватость, наросты на стволе, плодовые тела грибов, отслоение коры, смолотечение, механические повреждения ствола, корней и коры, редкая крона, однобокая крона, сухие ветви 1-го и 2-го порядка, скворечник и кормушка, оголение древесины, спил и облом ветвей, затенение и общее усыхание. Я буду стоять весь такой больной и осыпаясь, хохотать и плакать, глядя как люди используют бумажные бланки при дендроинвентаризации.

Хохотать потому что давно уже написаны программы (например, memento), которые позволяют при небольшой настройке вносить данные сразу в электронный вид.

А плакать оттого, что я сам долгое время верил в их эффективность.

Если хочешь быть самым крутым в дендроинвентаризации, следует положить высотомер на традиции и скромность. Единственный способ облегчить и ускорить работу по перечету городских деревьев заключается в том, что все показатели необходимо надиктовывать на диктофон и впоследствии вбивать это в нотпад++. Все остальные способы есть суть хуета на палке.

Если вы думаете, что при использовании диктофона на вас посмотрят как на придурка — не переживайте. На вас в любом случае так посмотрят, поскольку нормальный человек в парк не деревья описывать приходит.

А вообще, этим постом я только хотел проверить, могу ли я свои заметки с телефона публиковать.

Смерч в Карелии

Основы панка. Захар

Второй день начался с небольшой лекции по метаморфическим и метасоматическим процессам. После нее Игорь неожиданно спросил:

— Ты с болгаркой умеешь работать?
— Я болгаркой пилил только стены и асфальт
— Отлично, тогда будешь пилить

Что пилить, как пилить – неизвестно. Но у меня голова была занята другим. Вначале необходимо было перенести кухню под навес и экранировать ее от ветра с озера. Потом геологи засели за обсуждение предстоящих маршрутов, а я, устроившись рядом, прочищал иголкой жиклеры печки, попутно вслушиваясь в разговор.

Основная наша задача заключалась в составлении геологической карты двухсоттысячного масштаба в рамках работ по геологическому доизучению площадей. Помимо этого, нам необходимо было уточнить границы потенциально золотоносных руд и детально обследовать граниты. На кой хер они нужны, я так и не понял — исключительно научный интерес одного аспиранта. Значительно позже мы поучаствовали в работах по изучению тектоники и геологической структуры района, выделению зон метосоматизации и составлению разреза лопийской структуры, но об этом лучше как-нибудь отдельно рассказать.

Если говорить честно, то все чем мы занимались было подчинено только одной цели: найти золото. Ну а хули? У финнов этого золота хоть жопой жри по всему зеленокаменному поясу. Но едва этот пояс пересекает границу с Россией, как все золото исчезает. Куда ни ткни — как испизженно все. Находят в пробах изредка повышенные, а иногда даже ураганные концентрации. Посылают на это место спецов с прямыми руками и концентрации резко снижаются.

Для того, что-бы атомно-абсорбционный анализ показал охуительное содержание золота в пробе, достаточно всего-лишь легонько чиркнуть по одному из камешков золотым обручальным кольцом. Рассказывали даже про случаи, когда люди специально натирали золотом образцы, дабы получить кредит на разработку и технично съебаться. Поэтому геологи обручальные кольца не носят, а если носят — заклеивают их пластырем.

Определились с маршрутом и маршрутными парами на следующий день, после чего все расписались в пожелтевших совковых журналах по технике безопасности и разошлись по своим делам. Мы с Никитой принялись за изготовление двери в холодильник (воттыжблядь-то!), соорудив циклопическую конструкцию из мелких сосен и старого тента.
Дверь в холодильник

После получили оборудование: мешки для образцов двух типов: чистые и грязные
Мешочки для образцов

рюкзак, уебищный военный котелок, маркер, карандаш, зубило и геологический молоток – такая здоровенная кувалда на длинной как у колуна рукояти. Я как только этот молоток в руки взял — сразу решил, надо сфотографировать. Когда еще с такой балдой по лесу буду гулять. На одном из обнажений прислонил его к стенке, отошел, сфотографировал. Стоящий рядом геолог посмотрел на это и уважительно покачал головой:

— Да ты профессионал, даже знаешь, что молоток для масштаба нужно ставить, когда обнажение фотографируешь…
— Ну так, епта! Иначе и быть не может
Геологический молоток

В первый полевой выход мы уточняли рудопроявление реки Рысь. Происходило это так: геолог с навигатором шел по маршруту на свои старые точки, попутно записывая новые обнажения горных пород. В мою задачу входил отбор образца – каменюки размером с кулак и свежими сколами по трем осям, отбор шлифа – маленького камешка, размером со спичечный коробок, и отбор проб на силикатный и атомно-абсорбционный (проще говоря, на золото) анализы. В некоторых случаях отбирается еще и проба на возраст — самая объемная из всех.

Отбор образцов во многом похож на колку дров, за тем исключением, что вы не можете перевернуть скалу и ударить по ней с другой стороны.

— Вот смотри, этот кусок отбей мне — попросил геолог Максим.

Я отбил.

— И вот этот тоже.

Я и этот отбил.

— А вот по этому, по середине ебани, он расколется

Ну хули делать, встал поудобнее, прицелился, размахнулся и как пиздану! Молоток в одну сторону, рукоятка в другую.

— Ну я же говорил, что расколется. Не образец так молоток.

Дураку стеклянный хуй на пять минут. За два месяца экспедиции я сломал четыре молотка. При отборе образцов не столько важна сила удара, сколько правильно подобранное место. Но все-равно, бывает как ебанешь и тут или хуй пополам, или пизда в дребезги. Особенное когда рукоятки у молотков все в кавернах и трещинах. Но зато, к моим бесполезным навыкам добавилось еще и умение ремонтировать геологический молоток.

Отбор проб немного отличается. Что на золото, что на силикатный анализ, отбирается примерно одинаковая навеска, грамм триста-четыреста. Она разбивается на мелкие камешки без выветрелой корки и жилок. Но это в теории. На практике, когда вы хотите отбить от камня корку выветривания он разбивается не вдоль, а поперек намеченного направления, образуя два мелких камешка с той же коркой. Геолог разбивает их на еще меньшие части, а когда бить больше не имеет смысла, рассматривает один их камешков и произносит:

— Ладно, тут корочки совсем чуть-чуть, похуй, пойдет — и укладывает все в мешок.
мешочки

Потом случился второй маршрут,потом третий, ну а потом пошла рутина. Завтракаем обычно в восемь утра, после чего в девять садимся в буханку и едем около часа по разбитым песчаным дорогам. На месте маршрутные пары разделяются и идут, или едут по проложенным вдоль дорог маршрутам, описывая большинство из встреченных обнажений горных пород. В основном, здесь встречаются граниты, лейкограниты, габбро-диориты, кварциты, сланцы, пегматиты и еще какая-то хуета, созвучная со словом монтмориллонит [монтсаниты].

Самое тяжелое в работе – отбор проб, проще говоря откалывание камней или тем более их отпиливание. Работа в поле продолжается до трех-четырех часов вечера, проходит в небольшой спешке и суете. Зато к шести часам мы возвращаемся в лагерь и страдаем херней.

Один день в неделю выходной. То есть вообще выходной. Нонсенс в поле. Еще один день выделяется под камеральную обработку, которая заключается в том, что образцы и шлифы вытряхиваются из мешочков, пересматриваются и заворачиваются в крафтовую, точнее говоря в обычную упаковочную бумагу. После этого все упаковывается в прочные рудные мешки:
Рудные мешки

За исключением этой пары часов камеральный день ничем от выходного не отличается. От такого безделья начинаешь тупеть, тем более, что я всех достал своими расспросами и отвечают мне неохотно. Да и вопросов у меня все меньше – уж больно примитивную работу мы выполняем. Я даже стал пропускать дни в своем полевом дневнике, что делаю чрезвычайно редко. За первую неделю в поле я прочел двести пятьдесят страниц бульварного романа, четыре раза напивался до скотского состояния, несколько раз ходил на рыбалку, дважды играл в компьютерную стрелялку и ежевечерне грустил глядя на заходящее солнце.

Трудность и опасность геологического ремесла это легенда, обман и хуета на палке. Конечно, с молотком по лесу ходить посложнее, чем разгадывать кроссворды в черной куртке сесурити, но во много раз проще, безопаснее и спокойнее обычной стройки. И в дождь работать не надо. Во-первых, техника безопасности запрещает, мол можно на мокром камне наебнуться (а то остальные профессии от этого застрахованы). Во-вторых, по мокрому сколу хер поймешь, что за порода перед тобой. Хотя с определением породы и так никто не заморачивается.

Зато я приноровился работать с камнерезкой.
Камнерезка

Почти сразу коллектив решил дать этой вундервафле собственное имя и после недолгого обсуждения камнерезку наименовали Захаром (я не имею к этому отношения, просто ирония судьбы). Штука обалденная, особенно с новым диском. На некоторых заглаженных обнажениях без нее просто беда — отбить что-то почти невозможно
Заглаженное обнажение

Больше всего мне нравилось играть этой пилой в крестики-нолики с геологом. Придешь к обнажению:
Обнажение

Разлинуешь его:

Сыграешь партию и можно приступать к отбору:

Но через месяц пиления гранитов, диск повело и пиление превратилось в адский ад, особенно с учетом того, что вместо девяносто пятого туда лился девяносто второй бензин.

Напилишь, наколешь за день и в лагерь — водку пить, рыбу ловить и на смерчи карельские смотреть. Да-да, на смерчи. Поскольку погода этим летом была даже хуевее чем этот рассказ, которым я наверняка уже всех утомил. Поэтому я финализирую так: от маршрутного геолога требуется на сегодняшний день только координаты обнажения, образец, шлиф, в некоторых случаях проба, азимуты падения и простирания и описание формы обнажения с указанием особенностей, которые трудно установить по шлифу (например, наличие кварцевых жил). Достаточно понять это, получить некоторый петрографический опыт и работа геолога перестанет казаться чем-то таинственным. А понятия зальбанда, будины, кливажа, тиля, микрозонда и диаграммы TAS сами собой появятся у вас в голове. Для этого даже усилий прикладывать не надо.