Изумляющий вопрос

Изумляющий вопрос

У ботаников свой дуалистический спор. Какая жизненная форма была у покрытосемянных раньше: дерево или трава? Если спросить об этом далекого от ботаники человека, он скорее всего ответит, что трава. Действительно, ведь дерево — это что-то большое и сложно устроенное, а трава? Да что трава — фигня какая-то, чуть посложнее дрожжей.

В любом сложном вопросе обязательно найдется конформист-примиритель, обреченный на критику с обеих сторон. В ботанике таким стал Адрианус Меузе, выступавший сторонником широкой полифилии цветковых. По его мнению, первые покрытосемянные растения могли быть и травами и деревьями. Идея была бы замечательная, если бы возникновение таксонов не было результатом приспособления к новым экологическим условиям. Возможности таких приспособлений ограничены, эволюция должна протекать в сторону специализации наиболее успешной жизненной формы. Проще говоря, будь древние растения равно представлены как травами, так и деревьями, осталось бы что-то одно.

Лично мне эта концепция кажется высосанной из пальца, но мы же не про мое мнение сейчас говорим. У эволюционных ботаников веские доводы против идей Меузе, вне зависимости от того, какая, по их мнению жизненная форма возникла первой.

Когда начали выяснять, оказалось, что деревья обычно устроены примитивнее, чем травы. Под примитивными признаками понимают отсутствие специализированных подземных органов, преобладание стержневой корневой системы, неопадающие и неразделенные на влагалище, черешок и пластинку листья, многолетние травянистые, прямостоячие стебли без разветвлений и с многочисленными узлами. Если терминология ясна не полностью, представьте нечто среднее между борщевиком, пальмой и брусникой. Получится совсем не то, но столь же уродливое.

Казалось, вопрос решен. У деревьев чаще встречаются примитивные признаки, значит они были первыми, травы возникли позже. Но тут задумались о темпах эволюции. Если одни таксоны эволюционировали быстрее других, то примитивные признаки могут сохранится у более молодых таксонов, а у более старых исчезнуть. И потом, речь ведь о жизненной форме, а она за время эволюции запросто могла измениться. В итоге, по этому вопросу к шестидесятым годам ботаники окончательно запутались и переругались. Цвелев спорил с Красиловым, а Серебрякова критиковала Цвелева.

Так что было первым: трава или дерево? А хрен его знает. Но существует одна прелюбопытная теория, получившая название горной. Согласно горной теории, пока в мелу Лавразия и Гондвана разваливались на части, среди высокогорий формировалось нечто похожее на современный альпийский пояс, только условия жизни там были мягче. В этих местах и зародились первые покрытосемянные, которые представляли из себя многолетнюю траву с розеткой неопадающих листьев и соцветием на верхушке. Позже, такие растения начали спускаться в низины и уже там образовались и деревья, и травы, и кустарнички, и разная прочая благодать. Впрочем, нельзя исключать, что за время, пока мы тут сидели, ботаники опять что-то новое придумали.

Вывод из этой истории совершенно прост. Гоголь в эволюционной ботанике ни бельмеса не понимал. Уж если что в мире и «наводит изумление», так это истории о том, как и почему организмы сформировались в знакомом нам виде.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *