Лупоглазые рыбы Тетиса-Мора

«Куда девались старые добрые болезни? Где ишиас? Где геморрой?

Уже три года, как я не видел анализа мочи. Люди перестали интересоваться своей мочой!

Они интересуются политикой. Ничего хорошего из этого не выйдет.»

«Интервенция, 1986»

Все, хватит киснуть. Подумаешь дождь. Подумаешь из жратвы осталась последняя пачка макарон. Вы мне еще мозг поебите тем что жизнь не имеет смысла. Я вам так скажу: это все хуйня. Усаживайтесь лучше поудобнее, налейте себе стакан портвейна, закурите «Арктику» или «Тройку» — кому что по душе и слушайте мой рассказ.

Всего-то три года прошло со дня, в котором короля шахтинских дискотек элегантно чпокнули на московской заправке. А как все изменилось! Э, да я вижу вас не наебешь. Действительно, не изменилось нихуя, если только не брать в расчет хронического погружения в деструктивный похуизм. Что называется суета суёт (именно «суёт»). Подкинули бабла больничке. Установили столбы освещения на ХБК и даже раза три обещали через неделю включить свет. Свет не включили, но по ночам регулярно начали отключать воду. Пару раз эпично поторговали еблом. И совсем забыли о красоте города.

О ней и раньше не особо помнили. Но традиции чинопочитания блюли. Если папа решил разбить эдемовы плантации в отдельно взятой стране, то делать нечего — вздохнули и пошли вонзать в небо корни эпичных саженцев. Сказано: «хочу Арбат» — будут строить Арбат. Сказано: «Хочу памятник царю».

— А нахуя он нужен-то?

— А я хочу! Конем ебитесь, а памятник что-бы был.

— Ну хуй с тобой, головушка ты наша светлая. Будет тебе памятник.

— И царю не забудьте!

— И царю тоже будет. Какому царю хоть?

— Да похуй. Сами решайте.

Посидели мудрецы, подумали. Как быть-то? Эдак, один Арбат захотел, второй памятники, третий придет — велосипедные дорожки потребует. Или еще какую хуйню. Поползет, поползет проказа перемен по шахтинским улочкам. Встрепенется люд, свободу почувствует. И решили, тогда, все капризы начальников удовлетворять в непосредственной близости друг от друга. И исполнительность видно, и контролировать проще и город как был в дерьме, так и остается. Стабильность.

А люди, что люди? Могут выйти — погулять. Будут потом детям рассказывать что застали времена до возникновения шахтинской ахитектурной кунсткамеры.

DSCN3060

Я поначалу понять не мог — что это за блажь-то такая — ставить памятники перед выходом? Из Дворца Спорта выходишь — перед тобой жопа. Из института выходишь — перед тобой опять жопа. В город въезжаешь — вообще везде жопа. Я что, блядь, кучер? Открываю холодильник, смотрю — точно кучер.

Но есть все-таки места, где по прежнему охуенно. Кто-то отворотит нос. «Фи! Тут же все засрано!» А я смотрю на это с восхищением реставратора, изучающего иконы под штукатурным слоем социализма.

DSCN2769

Легкий взмах кисточки экскаватора открывает слои канувшей инфраструктуры. Столб. Обгоревший. Даже не столб, а его остатки, что в нем такого? А хрен его знает. Будто выяснилось, что река возле дома когда-то текла вспять.

DSCN2770

И куда это меня занесло на этот раз? Ах да. Это же улица имени Чкалова
DSCN2772

Если вы не ходили по шахтинской улице Чкалова — значит в Шахтах вы были проездом. Это потрясающая улица. Сначала вы идете по совершенно обыкновенной улице. Даже не понимаете, что вас туда занесло. Но чем дальше, тем интереснее. Вот заканчиваются дома. Вот вы уже поднимаетесь по синусоиде между двух помоек мимо щебенчатого завода. Непонятно даже, стоит ли туда идти? Скорее всего эта дорога заканчивается уебищными заводскими воротами, дикими собаками и ебанутым сторожем.

DSCN2774

А вместо этого, вы попадаете на перекресток с восхитительным видом на город с одной стороны и степь с другой.

DSCN2775

DSCN2777

Узнаете улицу? Вот и я поначалу не узнал. Это улица имени Шевченко. Да та самая. Это там, за линией горизонта она превращается в арену муниципального идиотизма. Там вдалеке ставят уебищные памятники. Там вдалеке все закатывают в плитку. Там ставят поверх плитки серые блоки рекламных конструкций — страшные как сатана с похмелюги. Сэры, мэры, пэры, херы — все там. А здесь — девственно чистая окраина. Прекрасная, словно девятнадцатый век в юношеских приключенческих романах. Смотришь и инстинктивно ждешь, что вот-вот выскочит из-за спины молодой еще Дмитрий Ионович в простой тройке. Вроде бы и электричество есть, и автомобили, и вышка радиосвязи торчит, а вот хуй там. Все равно идешь и считаешь, сколько душ еще прикупить.

DSCN2779

 

Душ в ближайшем магазине не оказалось, пришлось купить минералки. Да и романтика девятнадцатого века уступила место современной версии соцреализма. По обочинам раскинулась национальная программа «Доступное жилье»
DSCN2784

 

Мост через Атюхту неприметен. Да и сама Атюхта — та еще речка. Раз в пол-года на два пальца наполнится русло водой, остальное время — одна грязь разной степени иссушенности. Хуета одним словом, а не речка.
DSCN2785

 

Шахтинские районы, к западу от железной дороги прекрасны. Это и не Шахты вовсе. Это отдельный какой-то мир. Тридцать миллионов лет назад тут плескался неотетис, из которого костистые рыбы пялились на поросшие каламитами берега. А потом пришел Чехов, вырубил все каламиты нахер и построил газопровод.

DSCN2786

 

К востоку от железки ингредиенты те же: разъебанные дороги, запущенные газоны и ужасные дома. Чаще всего из этой смеси получаются алкосуицидальные районы. Но бывают исключения, как в этом случае.

DSCN2789

 

Памятник солдату на улице Шевченко — пафосная совковая хуета. Шахтинский инкубатор на той же улице во сто миллионов раз прекраснее. За воротами этого инкубатора без выходных работают вечно молодые комсомольцы и комсомолки. Работа у них спорится. С лиц не сходят улыбки. Песни звучат. Даже непогода обходит стороной это место. За воротами стоит грубая деревянная лавка и стол сбитый из горбыля. Сидит за этим столом Томас Мор и глядя на молодых комсомольцев не выпускает пера из рук: пишет, пишет. Порой остановится на минуту, оглянется. Вдохнет полной счастливой грудью весенний воздух и вновь за работу.

По субботам сюда приезжает старая шестерка баклажанового цвета. Из нее выходит человек, что-то говорит Мору. Затем берет написанную за неделю рукопись и уезжает с ней в типографию. Но по дороге останавливает автомобиль на обочине. Достает китайскую бензиновую зажигалку и одна за другой строчки исчезают в пламени. Только полынь, растущая из серого пепла знает что было написано на сгоревших страницах. Да разве получишь от нее ответ?

DSCN2788

 

Здания принадлежащие железнодорожникам всегда легко опознать без всяких вывесок.

DSCN2792

DSCN2793

 

Идете вы себе по улице имени Шевченко. Уже и Чехова с лупоглазыми рыбами прошли и комсомолок с Томасом Мором. Никаких сомнений у вас нет, что все интересное позади. Что теперь остается? Неужто только новостройная тоска?

DSCN2794

А вот херасдва. В жизни всегда есть место охуеванию. Когда я учился в школе, нам каждый год на уроке истории ебали мозг какой-то херней про троянских коней, страны второго эшелона и курские дуги. Ну и нахуя, скажите мне, все это надо было, если я в итоге понятия не имею об истории самого охуенного здания в моем родном городе?
DSCN2796

DSCN2798

 

Что-там перенесенная дверь! Тут даже изоляторы будто специально сохранены! Это офигенское здание — настоящий визуальный витамин. Низкий поклон владельцам этого дома за то что не испортили фасад ни кондиционером, ни спутниковой тарелкой, ни ужасными пластиковыми окнами.
DSCN2799

 

Вот было себе прекрасное место. Открытое. Приятное для прогулок. Вдоль всего больничного комплекса можно было идти наслаждаясь грамотной организацией пространства. Прямо как у Маяковского: «Крошка сын пришел к отцу. И спросила кроха. Что такое хорошо?»

DSCN2803

— А теперь, папа, покажи мне, что такое хуйня собачья

— Смотри, сынок

DSCN2801

 

Знаете что за этим забором? Психушка с маньяками? Отделение с особо заразными? Тюремный лазарет? Там училище. Училище, блядь! Смотрю на этот забор и думаю — хорошо если удастся сдохнуть до приезда шахтинской скорой.

Я искренне надеюсь, что когда-нибудь шахтинскую архитектуру будут развивать архитекторы, а не кладбососы-параноики. Пока же остается радоваться тому, что еще не огородили решетками.

DSCN2807 DSCN2804

 

А еще я обожаю стихийное предпринимательство. Засуньте себе в жопу вашу 171 статью УК. Она противоречит разуму, счастью, свободе и 34 статье Конституции России.
DSCN2808

Если вы хотите зарегистрировать предприятие, то вам лечиться надо. Купите резиновый член и ебите им себя до изнеможения. Лучше уж это будете делать вы, чем другие.

Кстати, о резиновых членах. На перекрестке проспекта им. Карла Маркса и улицы им. Шевченко обитает антикафе «Друзья». Одно время, сотрудники этого антикафе так заебли меня рассылкой приглашений на свои мероприятия, что я даже заинтересовался. И таки, что же вы думаете, я увидел, подойдя к их вывеске? Правильно. Магазин резиновых хуев. Ну нихуя-себе друзья!
DSCN2809

И после такого, вы будете мне рассказывать о своих проблемах? О том, что дождь? О том, что из жратвы осталась последняя пачка макарон? Я вас умоляю, не играйте мне на характер! Вы мне еще мозг поебите тем что жизнь не имеет смысла. Я вам так скажу: иногда лучше отказаться от папиросы, заиметь себе хороший гешефт и стать уважаемым человеком. Но таки, для этого следует хотя бы перестать киснуть.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

One comment

  1. Лукич:

    Папиросу можно взять. А от жизни придется отказаться