Основы панка. Основной инстинкт

По приезду в лагерь началась суета: ставили палатки, настраивали кухню, рыли сортир, холодильник (да, епта, холодильник), окапывали сушилку… Весь день я охуевал от происходящего – люди уехали из города, чтобы пользоваться газом и электричеством, мыть руки под краном, спать на кровати и пить по утрам свежесваренный кофе.

Вы я вижу мне не верите. Что-ж, вот как выглядит настоящий геологический лагерь:
Палатки

Мы, вместе с Никитой и поваром Костей поселились в двухместной палатке, но настолько большой, что там с комфортом могли бы ночевать шестеро человек. Остальные устроились поодиночке. Самая крупная палатка из старого советского брезента отводилась под сушилку, внутрь которой помещались козлы для сушки и обычная печка-буржуйка:
Палатка-сушилка

При электричестве, при свете, в тепле. Такой комфорт не во всяком городе есть. Не один год я скитаюсь по разным полям с ботаниками, географами и алкашами. Но только среди суровых геологов узнал: чтобы вскипятить чайник нужно просто поднести к открытой конфорке зажигалку:
Чайник на плите

А если у тебя разрядился телефон, достаточно приткнуться к свободной розетке:
Розетки в поле

Но апофеозом всего стало это:
Кровати в поле

Кровати блядь! Геологи привезли в поле кровати! Напилили кругов из полена, и поставили на них кровать прямо внутри палатки. Я совсем не аскет и не прочь пожить в комфорте, но когда я слышу про кровать в палатке, моя рука инстинктивно тянется к стакану.

Сортир я фотографировать не стал, и без него достаточно упреков в том, что я пишу исключительно про говно, хотя с инженерной точки зрения это вещь многим показалась бы интересной.

Покончив с обустройством лагеря, сели за столы и стали пить водку под суп с куриными потрохами. Я же, оставив застолье, прихватил с собой стульчик и отправился на ближайший ручей ловить рыбу. До лагеря от него было метров триста, поэтому периодически прерывая рыбалку я появлялся у стола. Где-то на третье такое появление раздался пламенный тост начальника отряда.

— Предупреждаю. Если кого-нибудь увижу пьяным, на следующий же день отправлю в Питер. Я это всем говорю. Пьяный – домой на поезд. Я этого уже в прошлом поле натерпелся. Чтобы такого не было. Если кто запьет – сразу буду увольнять. Нахер. Сразу и без предупреждения.

Он повторил свою мысль еще несколько раз, после чего все выпили.

Июньское солнце в Карелии заходит поздно. Только к полуночи оно склоняется к глади озера Хедо. Сосняк-брусничник шевелит своими кладониями на пнях. Клесты готовятся к новому потрошению шишек, холодеет песок и лес принимает свой самый красивый летний облик… На этом месте стало настолько темно, что записи в моем блокноте хер прочтешь. Какие-то лирические строки о взаимовлиянии русла и потока, но судя по почерку, они навсегда останутся невысказанными.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

One comment

  1. Лев:

    Анекдот такой был:

    Полярный Урал, зимовье, избушка, в ней печка, тепло, уютно, трое геологов сидят. Младший образцы разбирает, старшие товарищи спирт со сгущёнкой кушают. Снаружи -30, пурга, видимость метров 10. Вдруг развиднелось слегка, и младший, выглянув в окно, видит группу людей с огромными рюкзаками, на лыжах с комусами, проходящих мимо зимовья в снежную круговерть. Молодой в охуении:
    — Мужики, это там ЧО?!
    Старшой лениво выглядывает в окно.
    — Аааа, это туристы!
    — А что они там делают?
    — Как что?! Туристы же. Отдыхают.
    (обводя натопленное светлое помещение рукой) — А мы что тут тогда делаем?!
    — Ты совсем дурной сегодня? РАБОТАЕМ!

    А ещё мои товарищи почти каждое лето строят лагерь с водой и электричеством на одном из дальних островов Ладоги и работают там. Программистами, переводчиками — фрилансеры они. Отпуска у них считай нет, а в лес хочется по старой памяти. Так и сидят в полиэтиленовой «теплице», запитанные от генератора припрятанного на другом конце острова (что бы шум не мешал), со спутниковым интернетом и видом на Ладогу под шум сосен.