Весенняя трава

Интро затянулось

Если бы я разрабатывал свой фамильный герб, то в качестве животного на нем выбрал бы землеройку. Маленький симпатичный зверек с огромной головой и невероятного размера хуищем, который постоянно жрет все подряд: от семян до ящериц, от мелких лягушек, до говна. Человек с пропрциями землеройки выглядел бы как покрытый короткой шерстью усатый мегацефал с головой весом в восемь килограмм, метровым членом и зубами, говорящими о его подсемействе. В этих зубах все дело: у кроцидур зубы белые и потому мы зовем их белозубки, а у сорексов бурые, их мы зовем бурозубки. Есть еще землеройка-красавка, но какие зубы у нее я не знаю, потому что она встречается редко, только в в пустынных районах Каспия, представлена одним видом (Diplomesodon pulchellum, она же красавка, он же пегий путорак) и легко отличима по черно-белому окрасу. У старых землероек зубы бывают стерты и одонтологическая идентификация их затруднена. Но не отчаивайтесь, если перед вами беззубый самец, вы всегда сможете уточнить его видовую принадлежность по головке члена, которая в момент возбуждения приобретает свеклообразную форму, о чем писал еще Денель в 1952 году. Впрочем, я слабо представляю себе, что нужно сделать, что-бы довести до полового возбуждения землеройку.
письки землероек-бурозубок

Вячеслав Алексеевич Долгов в своей монографии (1985), посвященной жизни бурозубок указывает, что их распространение ограничено стациями с суммарным весом почвенных беспозвоночных менее трех грамм на квадратный метр. А наилучшим образом эти зверьки чувствуют себя в богатых неоднородных местообитаниях где масса разных подстилочных мандавошек превышает пятнадцать грамм на квадратный метр.

Но этой землеройке не повезло. Не помогла даже присущая им эхолокация, видимо какая-то нематода окончательно доконала ее, оставив лежать возле деревни Грибное, куда свернул подбросивший меня попутный автобус.
Землеройка

С полным рюкзаком всякого барахла я шел от Борисовой Гривы к реке Морье, что-бы испытать на ней новую лодку, поймать, если повезет пару зубастых щук и прокатиться по холодной апрельской воде. По правую руку от меня шумел лес Веденеевского лесничества карту которого я делал еще семь лет назад, а слева за мелиоративным каналом вымокал в весенней сырости Всеволожский лесхоз. Крики шалых соек, беснующиеся у заборов крайних деревенских домов давно пропали и за исключением редких тонаров с песком, птичьего щебетанья, вялого после зимы долгоносика и мертвой землеройки вокруг никого не было.
Дорога от Борисовой Гривы

Это после, спустя четыре часа я уже наливал из термоса горячее винище, ехидно слушая как четвертый по счету рыбак рассказывает, что сошла щука весом ну не меньше пяти килограмм. В силу своей природной честности я таких вольностей себе не позволял и честно врал про две неудачные поклевки. Не просто же так я потерял в бесплодных забросах спиннинга новую блесну и силиконовый виброхвост. Народу, особенно в низовьях реки как на митинге в воскресный день и каждый рассказывает про своих знакомых, которые вчера, максимум позавчера вытащили из этого самого места столько рыбы, сколько до этого никто никогда не видел.

Но река и впрямь хороша:
Байдарка Тайга на реке Морье

Вода ледяная, перевернуться на лодке в такое время самое последнее дело — одежды на тебе много, дрова на берегу все сырые — нормальный костер не разжечь, а до тепла идти километров десять. Ну как до тепла, до платформы, с которой электрички уезжают. Но оно того стоит.
Река Морье у воды

Дно у реки песчаное, местами немного заиленное. Вода болотная темная, хоть кипяти и вместо чая наливай.
Под водой реки Морье

Берега, покрытые елово-березовым кисличным лесом, постепенно переходящим в приладожские сосняки всего неделю как открылись из под снега. Деревья свисают над водой, а в местах впадения ручьев повсюду следы бобров — эти пидарасы расплодились в неимоверных количествах и затопили все до чего смогли добраться, что при абсолютно хуевых вкусовых качествах их мяса можно рассматривать исключительно как экологическое вредительство.
Огрызок от бобра

Течение на реке ощутимое, около трех километров в час, на коротких быстринах до десяти — пятнадцати километров в час. Но совершенно точно его не измерить — вся эта стандартная хуета с поплавками отнимет слишком много времени, а вычислить скорость реки на основе анализа gps-трека почти невозможно — слишком велик шум. Скорость перемещения лодки по реке складывается из двух компонентов (собственно скорость реки и скорость гребца), двух погрешностей (погрешность на прямолинейный курс и точность навигатора) и одного коэффициента (удаленность от линии основного течения). Я не стал морщить ум нанес данные по скорости перемещения целиком — без всякой фильтрации данных. Все что для этого требуется — знать длину морской мили, косинус широты и теорему Пифагора, а результат вполне годится как для отображения характера реки, так и особенностей передвижения по ней.

Собственно, эта карта (вот она в полном размере) и есть то единственное, что я хотел показать. Все остальное, включая фотографии водорослей, текст и картинка с землеройными писюнами это было так, интро.

Дорога на Морье

Оргазм, вибратор, онанизм, жесткач, котята, индуизм

Ладно-ладно, индуизм добавил только для рифмы, он тут и нахуй не припекся, в отличие от остальной части заголовка. Как вы поняли, сегодня я буду говорить о важном и потому хотел бы донести свою мысль до максимального количества людей.

Меня жутко таращит от всякой хипстоты, урбанистов, бигдатамайкеров и прочих пидарасов. Я всегда как ебну соточку, так меня хлебом не корми — дай поюзать какую-нибудь новомодную хуету. Все эти приложеньица, такие красивые, аккуратные, блестящие и быстрые как мандавошки. Одна рука тапает по телефону без кнопок, а другая непроизвольно тянется к смузи. Я бы всю жизнь прожил в этом облаке нарциссического онанизма, но что поделать, если жизнь заставляет порой пиздануться на грешную землю и трезво оценить некоторые экзерсисы разработчиков?

Вот возьмем мапсми. Охуеннейшее приложение, которое загружает к вам на устройство осмные карты и позволяет работать с ними безо всяких интернетов. Для меня это особенно важно, поскольку эти говноеды из мегафона второй месяц не могут найти мои пропавшие восемьсот рублей. Первый раз я установил мапсми на фотоаппарат и прекрасно использовал его почти год. Второй раз я установил мапсми в тот же день, как заимел себе смартфон. И за эти два месяца ни разу в нем не разочаровался. Все настолько замечательно, что просто невозможно не привнести в эту идиллию немного говна.

Я уже не раз говорил, что картостиль — это айсберг. Девяносто процентов трудов по его созданию обычному пользователю не видны, в то время как именно от этой части работы зависит конечный результат в области картодизайна. Оставим пока вопрос наполненности базы геоданных — это проблема техническая и особого интереса не представляет. Один и тот же объект вы можете отобразить совершенно различным способом и от того, какое решение вы, как картограф, примете, будет зависеть время, деньги, а подчас и жизнь вашего клиента.

Да хули пиздеть-то? Давайте лучше прогуляемся с вами на мыс Морье, что в Ленинградской области. Там очевидно какой-то поселок:
мапсми

Сам поселок может и не очень интересен, а вот посмотреть на церковь может быть весьма любопытно:

Да и чего бы туда не сходить, если даже роутинг туда строится без проблем?

Дорога великолепна. Слева слабодренированные кислично-сфагновые березняки, осинники и сероольшатники:
мелиоративная канава

Справа за соснами шумит едва вскрывшееся ото льда Ладожское озеро:
Ладога

Под ногами вполне сносная асфальтовая дорога. Идете вы такой, природе радуетесь. Километр, второй, четвертый, пятый и тут, хуяк!
Стой, стреляют

Что за хуйня? Если кому не видно — надпись на щите гласит: «Стой, стреляют. Проезд и проход запрещен». Бля, да там же поселок по мапсми? А давайте-ка глянем OSM-стандарт, геоданные-то одни и те же:

Мыс Морье

Воттыжблядь-то! Так и есть, я шестой километр иду по вомнскому полигону. А впереди у меня кпп воинской части не то связистов, не то РВСН. Так какого хуя в масми об этом ни слова? Хотя постойте, видите эту тараканью залупу:

Ее просто нужно вовремя увидеть. Она просто появляется не на всех зумах. Просто инженер, который принял решение о таком обозначении запретных и опасных зон — мудак.

В великую отечественную войну из-за ошибок на карте погибло около миллиона человек. Сейчас времена изменились, карта представляет собой не просто чертеж местности, а синтез геоданных и картостиля. Следовательно, сейчас при наступлении глобальной пизды ласты поклеят уже два миллиона. Первая половина из-за тех, кто наотъебись рисовал линии, а вторая половина из-за тех, кто наотъебись эти линии визуализировал.

И мне еще повезло, что я был в курсе куда эта дорога ведет, ибо в 2007 году мы с диаволом на пятнашке там уже приключались, за что едва не получили пиздюлей. Тогда столбики «Стой, стреляют» стояли через каждые пятьдесят метров. За десять лет их просто все выпилили к хуям.

Мюсли №47

Рассказ про добрых моряков

Случай с моряками я не раз вспоминал в дальнейшем, но не рассказывал его ни разу. Время к тому не пришло. А вот теперь видимо пришло.

В тот день была осень. Или даже лето, но пасмурное. Такое пасмурное, что похоже на осень. Мы с Захаром и Толиком пошли купаться в море около Сестрорецка. Когда заходили в воду, было ясно, а когда зашли, стало окончательно пасмурно. Пришлось отплыть далеко. Мы часто отплываем далеко, когда купаемся в море возле Сестрорецка, а сегодня уплыли еще дальше. Видимо
от того, что на нас были оранжевые спасательные жилеты.

И как только мы уплыли дальше того куда уплываем обычно (когда купаемся в море возле Сестрорецка) линия берега стала совсем тоненькой, едва заметной, а волны наоборот – толстые и заметные. Пошел дождик. Похолодало. Задул ветер. И вообще стало пасмурнее, чем было даже до этого.

Нам ничего не оставалось, кроме волнения. И мы начали волноваться. Ведь нас могло унести в открытое море, а этого нам не хотелось, потому что было очень пасмурно.

Из-за того, что мы волновались и еще из-за того, что было пасмурно, мы заметили военный корабль, только когда он остановился возле Толика. Толик дальше нас отплыл в открытое море, и небо над ним было еще пасмурнее, чем даже над нами. Увидев, какое над Толиком пасмурное небо, мы сразу поплыли к нему, а приплыв увидели рядом с собой огромный военный корабль.

— Эй, туристы! Ловите! – крикнул нам с корабля капитан корабля

Сверху свалилось и быстро прилетело к нам что-то большое и круглое. Оно шлёпнулось на воду и окатило нас брызгами. Я присмотрелся и увидел, что большое и круглое было яблоком.

— угощайтесь! – крикнул капитан, а может кто-то из матросов. Было так пасмурно, что я не разобрал. Я подплыл к нему и зубами уцепился в кожуру. Размером яблоко было с мой рост, и даже больше, но кусалось легко и было на вкус очень сочным. Сверху из
яблока торчала веточка, сантиметров тридцать в диаметре. Листика на веточке не было.

В тот момент, когда я уцепился зубами за яблоко, раздались шлепки. Это упали еще два таких же яблока и Толик с Захаром тоже откусили от них по куску.

Это было очень кстати, потому что мы сильно проголодались, сражаясь с волнами. Каждый проголодается, если в такую пасмурную погоду будет сражаться с волнами в море возле Сестрорецка!

Сверху послышался скрип – это спускалась к нам шлюпка с двумя моряками.

Иногда я думаю, что мы залезли по веревочной лестнице, но это реже. Да и вряд ли бы моряки, угощавшие нас своими чудными яблоками, поленились бы спустить к нам шлюпку. Хотя бы из морского гостеприимства.

В шлюпке, по краям сидели два улыбающихся матроса. Когда мы поднимались, я всё думал, кто же из них улыбается сильнее? Но они видно об этом не думали, а просто смотрели на нас и оттого улыбались. Я бы тоже улыбался, если бы смотрел на трех человек в желтых спасательных жилетах, поднимающихся на военный корабль, после купания в море возле Сестрорецка. Да еще в такую пасмурную погоду.

На корабле было уютно. К нам подошел боцман и не стал предлагать пройти в каюту, но распорядился принести нам морской обед. Надо признать, из-за яблок аппетит наш еще больше разыгрался.

Пока несли обед, боцман подошел к правому борту корабля, где стоял гарпун, которым охотятся на китов. Мы очень удивились, на кого же он будет сейчас охотится? Но он, обстреляв из гарпуна яблоки, велел матросам поднимать их на палубу.

— Секретный продукт! Специально для долгих морских путешествий! – сказал боцман, подойдя к нам от гарпунов. – Одного яблока хватает на компот для всей команды. Нельзя их в море бросать.
— Военная тайна? – спросил Захар, глядя, как втаскивают на борт первое надкушенное яблоко.
— Нет. Просто продукты бросать нехорошо. А тайны тут нет, у меня такие яблоки в саду на Азовке растут. Боцман, тоже оказался нашим земляком, только не с Новой, а со Старой Азовки. Но сколько мы ни старались вспомнить там сада с такими большими
яблоками, ничего вспомнить не могли.

Пока мы вспоминали – принесли долгожданный морской обед – три больших миски с горячей кашей на молоке и по чашке горячего крепкого кофе.

— Приятного аппетита! – пожелал нам боцман. – Я пока пойду, Сидорова проведаю
— А что с Сидоровым? Поинтересовался Толик – военная тайна?
— Нет. Просто бензопилу на ногу уронил, когда картошку чистил.
— Сильно пострадал?
— Нет. Я позавчера приказал из бензопилы бензин весь слить. Ушибся только.
— А зачем он картошку бензопилой чистил? Военная тайна?
— Нет. Просто циркулярка занята, на ней морковку пилят, а топорами неудобно. У нас картошка порой больше яблок бывает. – Боцман посмотрел на нас и добавил – раза в три.
— А картошку тоже вы выращиваете или это военная тайна?
— Нет. Картошку выращивает наш старпом. У него огород в районе ХХ лет, там почвы хорошие. У меня максимум пол — метра вырастает и то если поливать. Ну, я пошел!

Сказав это, боцман пошел, а мы доедали кашу и подплывали к Сестрорецку.

Когда мы к нему окончательно подплыли, корабль остановился и к нам вышел офицер. На нём был тёмно синий китель с морскими наградами, а на плече висело яркое махровое полотенце.
— Товарищи туристы! Капитан просил извинения за то, что не может попрощаться, он отдыхает у себя после тяжелой ночи. Вас высадят в Сестрорецке – офицер кивнул матросам, и те начали готовить шлюпку к спуску – нам надо двигаться дальше. Надеюсь, наше гостеприимство вас не обидело. Начальник дежурства – старпом Иванов.

Мы закивали головами, чтобы старпом Иванов у которого растет такая большая картошка на ХХ лет не подумал, что мог нас чем то обидеть. Затем нам раздали по фляжке с горячим кофе и мы погрузились в шлюпку.

В шлюпке кроме нас сидели три матроса, которые должны были грести к Сестрорецку. Как только мы отплыли от корабля матросы начали грести а мы предложили им горячего кофе. Один старый матрос понимающе кивнул и достал темную бутылку.

— Клянусь килем, вы такого ещё не пробовали! Настоящий яблочный коньяк. Крепость 172 градуса! Наш боцман делает!

Матрос отпил из фляжки лишний кофе и долил туда коньяку, который делает боцман. Фляжка с горячим кофе и коньяком пошла по рукам. Надо признать это был чудесный напиток!

Матросы высадили нас на набережной и подарив на прощанье каждому по бутылке коньяка, помахали нам руками и отплыли к кораблю. Вскоре за горизонтом скрылся и сам корабль. Старпом записал в судовом журнале: «этого числа, настоящего месяца в районе Сестрорецка в квадрате ABCD подобрали трёх туристов в оранжевых спасательных жилетах. Обогрели их, накормили и высадили в Сестрорецке на набережной. Погода улучшилась. Держим курс прежний»

На набережной было тепло и солнечно. Лужи под ногами светились отраженным светом. Мы взяли по кружке пива начали вспоминать, где на Азовке растет такой удивительный сад с такими огромными яблоками. Свои жилеты мы сняли.

Многие мне, конечно, не поверят, но я рассказал, так как запомнил. Если не верите, спросите у Толика и Захара. Долго я никому про эту историю не говорил, а вот теперь рассказал. Время к тому видать пришло. Рассказал почти полностью, а то, что не рассказал, и дальше никому не расскажу. Потому что это военная тайна.