Растительность петербургского Новодевичьего кладбища

«Обожаю склепы. Обожаю чугунное литье»

Штык из «ДМБ»

Пока кладбища остаются неизбежной частью антропогенного ландшафта, ведение хозяйства на них — актуальная задача. Ладно, ладно, это было официальное вступление к статье. На самом деле, лет пять назад мне предложили слегонца рубануть лавандосов и потусить недельку на одном из петербургских погостов. В результате появилась статья, которую я где только не публиковал. Возможно вы даже слышали о ней прежде. И что? У меня сегодня вечер ностальгического мортидо, так что не доебывайтесь.

Как сейчас помню: был не то конец мая, не то начало июня. Холодно, аж жопа, что ни день, то дождь. В незнакомых мне поднебесных кабинетах кому-то взбрело в голову узнать возраста деревьев, растущих на территории Новодевичьего кладбища. Нахуя я понятия не имею, так что не спрашивайте. Не знаю почему, но в тот год во всем Питере не нашлось человека, готового эту работу выполнить, поэтому, я поклал хуй на предложение заняться колкой пизженных дров и на первом же автобусе отправился к питерским покойникам.

Поскольку все фотки того периода проеблись куда-то, даже не показавшись мне на глаза, публикую декабрьские фотографии. Я сделал их незадолго до наступления 2014 года, по дороге к офису, где продавал битые и краденые автомобили.

IMG 1664 - Nieizv_

IMG 1619 - Nieizv_

 

Не требуется большого ума, что-бы понять бредовость идеи подеревного бурения на кладбище. Здесь надо было работать с обоснованной экстраполяцией небольшой выборки, а это автоматически предполагало необходимость изучения динамики прироста, характеристики растительности и почвенно-грунтовых условий. Поэтому, помимо бурения, хотел бы я того или нет (а я хотел), потребовалась геоботаника.

IMG 1636 - Nieizv_

 

Между кладбищенскими аллеями я заложил 15 пробных площадей, на которых сделал геоботанические описания и отобрал образцы древесины (керны). Каждая проба имела примерный размер 20х20 м. В описаниях учитывал преимущественно доминирующие и константные виды, поскольку, во-первых, на каждом кладбище всегда полно интродуцентов, которые ни один систематик в жизни не определит, а во вторых, кладбище — это вам не опытное поле. За несколько веков там столько оград установили, что сломать на такой работе ноги было более чем вероятно. Да и пиздюлей можно от безутешных родственников отхватить.

Помимо описаний, я провел еще и маршрутное геоботаническое обследование захоронений, использованное в дальнейшем при составлении карты живого напочвенного покрова.

Названия сосудистых растений, которые вы встретите ниже, даны по таксономическому сборнику С.К. Черепанова, мхов по (М.С. Игнатов и др., 2004).

Всего на кладбище я отобрал 44 керна (обычно, по три с каждой пробной площади). Керны извлекал с высоты 1 м, преимущественно с западной стороны. При обработке, одну из сторон каждого керна зачищал наждачной бумагой, после чего керны отмокали в воде 15-25 минут (Методы…, 2002). Для измерения колец внедрил собственное ноу-хау: сканировал керны с разрешением 600 dpi, после чего загружал растры в AutoCAD, где измерял кольца с точностью до 0,01 мм:

rthys

 

Условия местообитания оценивал с помощью метода экологических шкал (Л.Г. Раменский, 1956). В общем, не ищите тут какой-либо науки. «Одна проза, причем вульгарная».

 



Растительность кладбища представлена тремя ассоциациями:

Ассоциация Acerеtum aegopodiosum

Ассоциация распространена на большей части кладбища. Главный доминант травяно-кустарничкового яруса Aegopodium podagraria. Проективное покрытие живого напочвенного покрова в затененных местах 50%, при осветлении, за счет разрастания сныти увеличивается до 100%. В зависимости от содоминирующего вида выделены следующие субассоциации:

Acerеtum aegopodioso — urticetum (ПП № 11, 14, 15), Содоминант — Urtica dioica. Внутри могильных оград произрастает Chelidonium majus. Для субассоциации характерно высокое проективное покрытие (75-100%). Высота травостоя в среднем 0,5-1 м.

Acerеtum aegopodioso — anthriscetum (ПП № 7, 8, 10, 12), Содоминант – Anthriscus sylvestris. Внутри могильных оград регулярно встречается Impatiens noli — tangere и Chelidonium majus. Постоянно присутствие Urtica dioica. Травостой высокий (1,5 м) с высоким проективным покрытием (90-100 %).

Acerеtum aegopodioso — aceretum (ПП № 3, 4, 6), Содоминант – всходы Acer platanoides. В составе травостоя регулярно встречаются Anthriscus sylvestris и Glechoma hederacea. Проективное покрытие обычно 50 %. Высота травостоя в среднем 0,5 м. Активному разрастанию трав мешает, помимо сомкнутости древесного полога большое количество посетителей кладбища, на что указывает распространенность растений нарушенных местообитаний – Taraxacum officinale и Plantago major. При осветлении данной ассоциации, проективное покрытие в ней увеличивается до 100 %, высота травостоя увеличивается до 1-1,5 м, за счет разрастания сныти. В таких условиях снижается давление рекреационной (да бля, «рекреационной», на кладбище!) нагрузки, в результате чего, растения рудеральных местообитаний вытесняются.

Acerеtum aegopodioso — impatietum (ПП № 5, 9), Содоминант – Impatiens noli-tangere. В составе травостоя регулярно встречаются всходы Acer platanoides, Urtica dioica, Lamium album, Taraxacum officinale. По условиям произрастания эта субассоциация – аналог предыдущей. Различия в содоминантах вызваны архитектурными особенностями участка кладбища – большим количеством высоких могильных плит, памятников на которых произрастает недотрога. Проективное покрытие 80-90 %, высота травостоя 0,5 м.

Acerеtum aegopodioso — epilobietum (ПП № 13), Содоминант – Epilobium montanum. В составе травостоя встречается также Acer platanoides, Urtica dioica, Impatiens noli-tangere и другие виды. Проективное покрытие в субассоциации 100 %, высота травостоя 1,5 м.

Ассоциация Acerеtum Agrosticea — acerеtum (ПП № 1)

Ассоциация расположена в окрестностях главного входа на кладбище. Своеобразные условия здесь (низкая сомкнутость древесного полога, высокое число посетителей, создающих антропогенную нагрузку, регулярное кошение) привели к доминированию в травостое Agrostis tenuis. Содоминантом являются Acer platanoides. Присутствуют растения рудеральных местообитаний – Taraxacum officinale, Plantago major, Rumex acetosella, Epilobium montanum. Проективное покрытие 50%. Высота травостоя не более 0,3 м.

Ассоциация Acerеtum Acercea — trifolietum (ПП № 2)

Ассоциация расположена в северной части кладбища. Доминирующим видом являются всходы Acer platanoides. Содоминантоми к нему являются Trifolium pratense. Проективное покрытие живого напочвенного покрова в ассоциации 45%, высота травостоя не более 0,3 м.

IMG 1654 - Nieizv_

 


Почвенное богатство (засоление) на всех пробных площадях сходно, 9-12 единиц по экологической шкале Л.Г. Раменского, что соответствует «довольно богатым почвам» (Раменский, 1956). Увлажнение на пробных площадях различно от свежелугового (пробная площадь № 1) до сыролугового (пробные площади №№ 13, 14, 15).

Из естественных сообществ Северо-Западной части России (Федорчук В.Н. и др. 2005), растительность кладбища по условиям произрастания наиболее близка к широколиственным формациям дубравнотравной серии типов леса, относительно которой, условия произрастания смещены в сторону большего богатства. На пикче ниже представлены экологические амплитуды геоботанических описаний в Новодевичьем кладбище относительно условий произрастания лесных ассоциаций Северо-Западной части России (Федорчук В.Н. и др. 2005):

Амплитуды Раменского

IMG 1623 - Nieizv_

 


Среднемноголетняя величина радиального прироста у основных пород такова:

  • Клен остролистный — 2,31+-0,03 мм;
  • Липа мелколистная — 2,16+-0,08 мм;
  • Тополь — 3,18+-0,03 мм;
  • Ясень — 2,31+-0,02 мм;
  • Береза пушистая — 1,77+-0,22 мм;

Видовые эпитеты тополя и ясеня определяйте сами, поскольку в тот момент они мне нахуй были не нужны.

Разнообразие условий произрастания на кладбище слабо влияет на величину радиального прироста деревьев. При свежелуговогом увлажнении радиальный прирост незначительно снижен (0,5 +- 0,14 мм). Возможная причина этого — усиленная рекреационная нагрузка (ПП №1 расположена у входа – самой посещаемой части кладбища), которая ведет с одной стороны к уменьшению радиального прироста деревьев с другой стороны к осветлению, а значит иссушению почвы.

Различия между радиальными приростами деревьев, растущих во влажнолуговых и сыролуговых условиях (0,1 мм) незначительны и недостоверны. Для основных древесных пород кладбища, были рассчитаны величины среднего радиального прироста.

Помимо основных пород, в парке встречены также редкие, произрастающие единично или в небольшом количестве, деревья (Дуб черешчатый, Вяз шершавый, Ольха чёрная и др.). Бурить их возрастным буравом могут только пидарасы без чувства прекрасного. То что бурение травмирует дерево — тот еще пиздежь, но оно влечет за собой опасность поражения гнилями, чего в моем случае допускать не хотелось.

При производственных работах бурение в таких случаях заменяется использованием таблиц хода роста (А.В. Третьяков и др., 1952).  Но, как говорил Петьке Чапаев: «есть один нюанс». Цели создания таблиц были исключительно лесохозяйственные, следовательно, применение их к одиночным деревьям в неестественных условиях произрастания необоснованно. Для проверки принципиальной возможности использования таблиц хода роста, применительно к Новодевичьему кладбищу, я применил корреляционный анализ динамики радиального прироста липовых насаждений Новодевичьего кладбища и липовых насаждений из (А.В. Третьяков и др., 1952). Коэффициент корреляции между натурными и литературными данными составил 0,60, что ожидаемо, но никак не позитивно. Другими словами, если уж использовать таблицы хода роста, то только в случае, когда использовать больше нечего, а что-то использовать надо. Да еще и с оговоркой на пиздливость, то бишь, указывая факт низкой точности полученных результатов.

Что еще? Вроде все существенное рассказал, остальное либо производственные детали, либо совсем стремная шняга. Ах да, забыл, вот еще:

Список литературы