Зоопарк Черные Камни

Прогулки по зоопаркам. Карельский Зоогринпарк

Тут бы придумать эпический пролог для цикла статей о зоопарках, но все началось летним карельским утром с предложения провести рабочее время в компании копытных Зоогринпарка. До этого в зоопарке последний раз я был двадцать три года назад, когда на ХБК привезли три клетки с тигром, медведем и лисой. А тут выпал отличный повод отдохнуть от комаров, болота и вонючих портянок, которые убивают вокруг себя все живое, включая тихоходок Milnesium tardigradum, известных своей стойкостью к ионизирующему излучению и перепаду температур от -271 до 100 градусов Цельсия. Ну не отказываться же? Настроение мое немедленно набухло до таких краев, что на кассе я спутал свою довольную рожу в зеркале с чучелом кабанячьей головы:
Кабан

За двадцать три года я напрочь отучился ходить в зоопарки и совершенно не представлял, что там наблюдать. Животные в любом зоопарке — одна из самых скучных составляющих. Одно дело, если вас интересует число сосков у Бемби Cervus nippon:
Cervus nippon

или вы хотите узнать этологическую реакцию винторогих козлов на приближение человека в сапогах:
Capra falconeri

Но для подобных вопросов требуется уйма времени и предварительной подготовки. В этом смысле зоопарк скорее похож на библиотеку. Вы можете часами бродить вдоль стеллажей, разглядывая корешки. Можете достать любую книгу и даже случайно наткнуться на занятный фрагмент. Но без конкретного интереса, такое посещение почти лишено смысла. Единственное, что вы можете увидеть в зоопарке за несколько часов — это особенности инженерных коммуникаций, содержания зверей и удобство организации посещения. На этом я и решил сосредоточиться.

Несмотря на развитие национальных парков и уход от традиции зверинцев, главным символом зоопарка остается загон:
Забор в зоопарке

а в случае содержания птиц или опасных животных — клетка:
Рабочий в клетке

Особо выделяются клетки для крупных хищников. Они не только усилены, но и ограждены забором, в целях сохранения конечностей идиотов, которые хотят погладить полосатую кису:
Усиленная клетка

Зоопарк в Карелии специализируется на разведении копытных, поэтому большинство животных доступно для прикосновения:

что совершенно не гарантирует наличия у животного добрых намерений и спокойного характера. Внешность может быть обманчива, как в случае восточного кианга Equus kiang — тибетского представителя лошадиных. Судя по вытоптанной земле, кианг большую часть времени проводит в прогулке по периметру ограды:
Осторожно опасное животное

особенно, если до вас кто-нибудь упорно дразнил зверей, вопреки распространенным запретам:
Осторожно опасное животное

кормил их какой-нибудь привезенной из дома хренью:
Кормление животных запрещено

сожрал перед носом приготовленную для животных морковку:
Корм для животных

или направлял в сторону зверя орущих детей:
Детей на ограждение не ставить

Опасность, которую таит небрежное отношение с дикими животными лучше всяких табличек иллюстрируют ряды смятых ограждений и пустых загонов:
Пустой загон и смятое ограждение

Иногда внутри загона устанавливают дополнительный барьер, который усиливает ограждение и мешает подходу зверей к людям:
Дополнительный барьер

Но самое надежное решение — оградить загон с животными от людей мелиоративным каналом:

Казалось бы, самое очевидное — это пустить по периметру провод с небольшим напряжением, но в карельском зоопарке по периметру проходят только трубы с питьевой водой для животных:

Удобно — подошел, открыл кран и готово. Надежнее и дешевле автоматики, но проще и быстрее ручной развозки. Еще бы корм можно было так подавать, но увы: сено и зерно рабочие развозят по зоопарку на мотороллерах. От такого обилия корма, все провода оккупированы голубями и воронами:
Птицы слетают с проводов

что приводит к закономерным последствиям для остальных птиц:
Мертвая птица

Птичник пока заполнен наполовину:
Птичник зоопарка

Зоопарк на озере Янисъярви построен всего несколько лет назад. До сих пор тут продолжается активная стройка и полно технологических недоделок:
труба гофрированная в зоопарке

подозрительных проводов на столбах:
провода на столбе

и на земле:
провод на земле

опасных мест, рядом с которыми лучше крепко стоять на ногах:
Опасный штырь

ошибок проектирования. Здесь, естественное желание подойти к животным поближе, очень быстро приведет к полному выбиванию газона перед клетками:
газон перед клетками

В некоторых местах это уже осознали, заменив газон щебенчатым покрытием:
Щебень перед клеткой

Во многих местах проектировщики забыли про то, как скоты любят обгрызать древесную кору:

в результате пришлось сооружать ограды из подручных материалов. Некоторые установлены уже после того, как животные объели дерево по кругу:

Заботу о деревьях следует проявлять по обе стороны забора, ибо еще Дарвин писал о том, что между психологией животных и человека, различия исключительно количественные. Хотя гофра тут защищает дерево не столько от ног посетителей, сколько от лески при кошении газона. Когда я работал газонокосильщиком в порту, мне таких хреновин очень нехватало.
Прикорневая защита дерева

Зоопарк находится в процессе постоянной стройки. По этой причине повсюду наблюдается движение, хотя посетителей немного. В глаза бросаются элементы из разных сфер жизни зоопарка. Технологические постройки:
Люк в зоопарке

креативные чесалки для животных:
Чесалка

разнонаправленные задвижки на воротах для безопасности (во всяком случае, никто не мешает мне так думать):
разнонаправленные задвижки

Африканский страус Struthio camelus забился в дальний угол и стоял там раком до тех пор, пока я не оставил надежду на нормальный снимок. Завести страусиную ферму — это, пожалуй, второе, чем стоит заняться в жизни после ловли барракуд в Индийском море:
Struthio camelus

Стенды с описанием зверей, как обычно, чудовищны.

Ужасные нудные таблички — это общая беда любого выставочного предприятия. Не понимаю, как люди могут ежемесячно вкладывать десятки миллионов рублей в зоопарк, не замечая такое говно на каждом вольере:
Качество типографии

Я проработал в типографии меньше года, но от такого качества печати все-равно ощущаю резь в глазах. Единственный классный ход в табличках — визуализация рациона. Да, сделано это топорно: судя по картинке, половина животных питаются исключительно вязами, но сама идея иконок для информирования заслуживает внимания.
Обозначение рациона

Идея на поверхности, более того, уже используется. Следует лишь довести ее до ума:
иконки на указателе

Картографам я не рекомендую даже подходить к описаниям животных:

Особенные мучения доставляет схема зоопарка с которой так старались убрать лишнюю информацию, что сделали ее абсолютно бесполезной:
Схема зоопарка

при том, что рядом в санатории карта того же автора (обратите внимание на условные знаки) выглядит так:

Как, скажите, по этой карте найти хайленда — высокогорную породу коров, устойчивую к полчищам насекомых летом и холодам зимой:
Хайленд

Или двугорбого верблюда Camelus bactrianus который не смог выдержать на ногах известие о выделении мозоленогих в отдельный отряд.
Верблюд

Кабаны тоже разлеглись. Пока мелкие сосут сиськи, взрослые спокойно медитируют. Они же не видели чучело на кассе.

Лишь петунии нагло лезут вверх, навстречу астероиду номер девятьсот шестьдесят восемь:
Петунии

Так и гулял бы по зоопарку до вечера. Но нас ждал самодельный квадроцикл у останков древнего вулкана в Харлу:
Самодельный квадроцикл в Харлу

К тому-же я и так затянул рассказ. И это еще я не написал про то, как скачивал по вайфаю элитного ресторана фильм «Зеленый слоник». Иначе бы вообще никто до конца не дочитал.

погрыз бобра

Навальному можно, а мне что, нет что-ли?

Как только я слышу о пользе бобров —

моя рука инстинктивно тянется к пистолету

Й. П. Геббельс (на самом деле не он, но похуй)

Ну пиздец. Держите меня семеро. Сейчас я всех победю и выведу на чистую воду. Прижму коррупцию к ногтю и может даже пойду в президенты.

Итак, вы наверное уже знаете, что недавно я вернулся из длительного сплава по реке Чир. Плыли мы почти месяц, прошли всю реку от истока до устья и с уверенностью могу сказать, что нет ни одной причины, которая по количеству доставленных нам хлопот, страданий, потерь и унижений могла бы сравниться с деятельностью бобров.

Бобер — это самое вредное животное, какое только возможно. На севере эти пидарасы затопили каждый второй кисличник (ну ок, не каждый второй, но все-равно дохуя). Теперь там вместо леса — ебучие непроходимые болота. Здесь на юге они завалили весь Чир, привнеся свой вклад в обмеление донской водной системы. Мне очень хочется рассказать вам о механике этого процесса, но нет времени — нужно бороться с коррупцией. Поэтому продолжим про бобров.

Бобры это злоебучие вредители с абсолютно безвкусным мясом. Их следует отстреливать вместе с теми активистами, которые предлагают закапывать каналы гидромелиорации и превратить всю страну в единый бобровый заповедник. Если встретите человека, который будет вам хвалить все эти хатки, плотины и запруды — знайте, перед вами мудак, который в жизни никогда на этих запрудах не был, а приобрел весь свой опыт через телеканал Дискавери и картинки в стоматологической поликлинике.

Нет, я против того, что-бы уничтожить бобров как вид. Но еще Екклезаст говорил, что есть время охранять бобров, а есть время бобров отстреливать. За пол-века охраны и разведения этих грызунов расплодилось столько, что теперь их численность можно и сократить. Иначе они нам все ландшафты поменяют.

Собственно, задумавшись о ландшафтах, в прошлом году администрация Ростовской области решила впервые в истории провести учет бобров. Двадцать девятого июня появилась новость о предстоящем учете, а уже пятого декабря оглашены все результаты. За пять месяцев! Всю область! Нет, ну а что такого? Составом в десять бригад это вполне выполнимо.

Но давайте посмотрим на результаты.

По результатам проведенных исследований, в Ростовской области насчитывается от 1900 до 2400 особей бобра. Из 43 муниципальных районов бобр обитает только в 13. Максимальная численность отмечена в Шолоховском, Обливском и Советском районах.

Учеными зарегистрировано более 500 поселений бобра, составлена подробная карта их распространения по территории области.

Что, блядь? Пятьсот поселений? Две с половиной тысячи бобров на всю область? А не маловато-ли? Я неделю как вернулся из сплава по Сухому Донцу. В прошлом году проплыл весь Аксай. Ну и Чир, о котором я уже говорил. Да, подтверждаю, в Обливском и Советском районах бобров обитает значительно больше, чем в среднем по области. Но эмпирический опыт говорит о том, что в Боковском районе их немногим меньше, поскольку в каждом из семи муниципальных районов мы находили погрызенные стволы. Та же ситуация в Советском (еще плюс три муниципальных района) и Обливском (плюс еще семь) районах. Уже семнадцать против официальных тринадцати. А если добавить Шолоховский и Усть-Донецкий район, то выяснится, что результаты занижены раза в два.

Но хрен с ними с районами. Пятьсот поселений — это максимум полторы тысячи километров протяженности рек с облесенными крутыми суглинистыми берегами (предположим, что ростовские бобры в озерах не живут). В реальности же, примерно триста-четыреста километров, что подтвердит вам любой натуралист.

Две с половиной, а может и без половины, тысячи бобров это адекватная численность для такой реки как Чир. Если брать область целиком, со всеми ее 165 реками общей длиной почти в десять тысяч километров, то заявленную численность бобров можно смело умножать на два. А может и на четыре.

Насколько я помню из курса зоологии, для подсчета бобров в настоящее время известно четыре основных подхода: статистический (считаем количество поселений и умножаем на среднюю численность бобров в поселении), эколого-статистический (считаем количество погрызанных стволов и умножаем на коэффициент), морфоэкологический (считаем количество вариантов ширины резцов на погрызанных деревьях) и и мощностной (когда нет времени и желания считать специалист смотрит на погрызанные стволы и говорит: «здесь одно поселение в котором живут восемь бобров»). Очень бы хотелось узнать, про то, каким именно методом и, собственно кто проводил эти исследования. Но официального отчета в интернете нет.

Да и что за цифры-то такие? Более пятисот поселений это сколько: пятьсот одно или пятьсот девяносто?  И как получилось от 1900 до 2400? Что в поселении живет от 3,8 до 4,8 бобров? И это еще не учитываются звери, которые ведут одиночный образ жизни. Как бы не вышел конфуз, когда в поселении живет меньше двух бобров.

Знаете как на самом деле был произведен этот учет? А вот так:

— Иваныч, сколько бобров у нас в области?

— Ну хуй знает. Поселений, наверное штук пятьсот есть.

— А бобров сколько?

— Да я ебу, что-ли? Умножь на четыре или пять бобров в поселении

— От двух тысяч до двух тысяч пятьсот? Не, цифры больно красивые.

— А давай мы их для правдоподобности на сто уменьшим. Смотри как заебато выглядит!

— Охуенно, Иваныч. Держи свои девяносто девять штук.

А это вишенка на торте. На выполнение этой работы администрация выделила «сэкономленные» девяносто девять тысяч. Прям тютелька в тютельку. Не сто, а ровно девяносто девять тысяч. А все почему? Правильно, потому что при ста тысячах пришлось бы устраивать открытый аукцион, на котором мог победить кто угодно. Мог свой ламповый и теплый Иваныч, а мог и какой-нибудь дотошный пидарас, который очень любит считать.

Итак, за девяносто девять тысяч, минус налоги и пять месяцев, минус согласования некие люди провели учет бобров на площади в сто тысяч квадратных километров. Примерно по рублю за квадратный километр. Обследуя шестьсот шестьдесят шесть километров в день. И даже «составили подробную карту». Тут нужно прищуриться и с одесским акцентом произнести: «Ой, да ви мне, таки, пиздите!». Тем более, что я знаю о чем говорю — сам в таких заказах участвовал.

Я вертел всю вашу борьбу с коррупцией на бобровой струе, поскольку вся эта борьба есть бесполезная хуета на палке, о чем уже было сказано. И я крою мудаков хуями не за эту жалку сотку (право, смешно), а за то, что они выполнили работу наотъебись, не приложив ни малейших усилий для того, что-бы получить хоть сколько-нибудь правдоподобный результат.

Написал в администрацию области письмо с просьбой ознакомиться с отчетом или хотя-бы назвать исполнителя. Может быть я ознакомлюсь с отчетом и признаю свою ошибку. Тогда обязательно извинюсь и начну боготворить такой мегапрофессионализм. Но жизненный опыт подсказывает мне, что не пойду я в президенты.

Левый берег Грушевки

Туман над Грушевкой

Представьте, что вы работали весь день. А потом всю ночь. А под утро поняли, что ничего ценного так и не достигли, причем не только за истекшие сутки, а вообще. За всю жизнь. Тут бы самое время отправиться к ближайшему магазину, но за окном четыре утра и черные тучи геноцида, устроенного новыми религиозными адептами, что избрали в качестве единственных тяжких грехов безразличие к спорту и привязанность к паре кружек пива в дружеской компании. Как же ты прав, дорогой мой Венедикт Васильевич, говоря про «самое бессильное и позорное время в жизни моего народа». В такие минуты нужно набраться мужества и решительно прекратить все это безобразие любыми, хорошо зарекомендовавшими себя методами. Вы же меня понимаете, верно?

Но рано пока приступать к тактике выжженой земли. Если уж черви в банке за неделю не сдохли, то я и вовсе не имею права на выбор. А потому беру удочку, коробку с рыбацким барахлом, пару пакетов, червей и в мир плавно вливаются краски.

Как бы вы ни были расстроены, всего несколько простых упражнений помогут вам вернуть бодрость духа, здоровый сарказм и воинствующий скепсис. Записывайте, друзья, сегодня я побуду вашей персональной Еленой Малышевой.

Итак, первое упражнение — пройти по берегу Грушевского водохранилища в облаке тумана, парящего от воды:

Туман над Грушевкой

После этого плавно приступаем к ловле Carassius gibelio в просторечии более известном как гибрид. Ловим не менее четырех штук, причем два должны сойти с крючка.

Отлично, теперь отработаем навыки коммуникации. Для начала ваш коллега позвонит вам с новостью о подписании актов сдачи-приемки и скором расчете по одному затянувшемуся госконтракту. Неплохо. Теперь уже вы позвоните другому знакомому, дабы уточнить его рецепт вяления рыбы.

Примерно через три часа после начала процедур сделаем перерыв и посмотрим как здоровый, не менее 40 см в длину, водяной уж (Natrix tessellata) подплывает почти к самым вашим ногам, держа в пасти трепыхающегося речного окуня (Perca fluviatilis) не более восьми сантиметров длиной. Он выволакивает его на землю, перехватывает поближе к голове и буквально за пару минут проглатывает, после чего немного отдохнув уплывает вновь. Поскольку пошевелиться при подобной сцене вы не могли, придется проиллюстрировать произошедшее годной фоткой из Википедии:

шахматная змея

Creative Commons Attribution-Share Alike 3.0 Unported license. Author: Gonzosft

Рядом шипит еще один уж, но мы его игнорируем и спокойно продолжаем ловить гибрида.

Гибрид на Грушевке

Так продолжаем процесс в течение шести часов, отрываясь только на насаживание червей. В начале одиннадцатого утра клев почти стихает. Вместо гибрида попадается сплошной мелкий окунь, которого вы тут же, аккуратно освободив от крючка отпускаете подрастать.

После этого складываете свой нехитрый скарб:

вещи на рыбалку

Слева пустой пакет в котором вы все переносите, справа чемоданчик с рыбацким барахлом и баночка с червями. Посередине в розовом пакете мусор, который какие-то гнойные пидары оставили на берегу, а вы аккуратно сложили и отнесете до ближайших мусорных баков.

— Но позвольте, заметите вы. Почему мы должны собирать и выносить чужой мусор? Он же не наш!

Согласен. Мусор, конечно, не наш. Но вот это все:

Это наше

наше.

И настроение улучшилось.