Власть

Ничто меня так не веселит, как идея о том, что власть — это наемные менеджеры. Расскажите про это цихлидам, курицам или бабуинам. Ладно бы идею сопровождало замечание: мы люди — высшие существа и не подчиняемся примитивным законам природы. Так ведь нет. Сперва говорят о важности сменяемости власти, а после о том, как неправы были большевики. Мол, заставить всех людей жить честно — это противоестественно.

Можно ли сделать регулярно сменяемую власть в человеческом обществе? Конечно можно. Но это приведет лишь к тому, что фотографии главного человека в стране будут каждые пять лет печатать заново, а все сколько-нибудь важные решения начнут принимать люди, отстранить которых от власти можно только штыком.

Осознание масштаба

Осознание масштаба

Мечтать о заработке в научных исследованиях может лишь идиот. Жаль, мне об этом никто не сказал шесть лет назад. А может и говорили, да я, идиот, не услышал. Причина проста: людей мало интересуют результаты исследований. Но те, кого интересуют, бедны.

Научный эскапизм я наблюдал много раз. Выглядит удручающе: женщина постбальзаковского возраста на пол-ставки в НИИ, каком-нибудь «центре чего-то там», или университете. Без оборудования, без стажировок, с окладом в пятнадцать тысяч и фанатичной уверенностью в том, что ее работа спасет мир. И мир, поэтому ей всем обязан.

Мужчины тоже такие бывают, но встречаются реже. Не потому, что эта зараза на них не действует. Мужчины сильнее подвержены социальной дивергенции: либо спиваются, либо уходят туда, где можно заработать. В научной среде их мало, а те, кто остались, едва ли не в эпоху НЭПа родились.

Все эти люди беспрерывно заняты одним — пьют чай и рассказывают о том, как воруют в государстве. Предметный разговор о теме их исследования заводить бесполезно — вас не поддержат. Да и как поддержать, если последняя вменяемая деятельность закончилась в девяносто четвертом году. Но если вы скажете о том, что наука — это третьестепенная обслуживающая отрасль экономики — будьте готовы к яростным оскорблениям и нападкам.

А собственно, что такого? Да третьестепенная, да обслуживающая. И что? Область развлечений стоит еще дальше, но я не помню историй о том, что корпоратив спасет мир, поэтому страна обязана его оплатить. Более того, в России нет проблем с финансированием исследований: бери в любом банке кредит и вперед. «Так ведь его придется отдавать!». Вот и я говорю: занимаемся фигней. С тем же успехом из носа можно разного наковырять, а потом это долго систематизировать.

Если государство решит оплачивать науку в полной мере, все начнется с того, что половину расстреляют, а половину в шарашки загонят. А уж потом обеспечат всем необходимым, вплоть до полевых дневников государственного образца. Когда открываешь такой — лучше всякой статистики осознаешь масштабы финансирования науки в Советском Союзе. А потом вспоминаешь, что исследования в области лесоводства и картографии нужны были, в первую очередь, для оптимального размещения лагерей.

Научные исследования всегда существовали только в двух форматах: либо как развлечения богачей, либо как один из методов войны. Важно сделать правильный выбор. Впрочем, если страна войну не ведет, выбора вообще не остается.

Чем российская власть отличается от террористов с которыми она борется?

Чем российская власть отличается от террористов с которыми она борется?

Вероятно вы, знакомые с моей провокативностью, решите, что эта статья состоит из одного слова: «ничем». А вот хуй там. Давайте возьмем в руки калькулятор и рассмотрим проблему с холодной беспристрастностью.

Кто такие террористы? Рассмотрим для примера условного Бен-Ладена в вакууме — бородатый хер, который стремится, по выражению нашего вечного Пу: «укантрапупить» вас в тот момент, когда вы после бани попиваете коньяк напротив памятника Лермонтову. Причины в данном случае неважны. Важно то, что эта ситуация полностью укладывается в аксиоматику теории о смене социально-политического строя в результате смещения баланса издержек обменных операций. Если вы знакомы с этим замечательной работой, то для вас совершенно понятно, что между Гитлером, Чикатилло, Фондом по спасению больных детей, Полпотом, вашей мамой, которая заставляет вас купить новые штаны, потому что «старые с дырками», доктором Менге и местным профи гоп-стопа качественных отличий нет. А если вспомнить, что любое количественное измерение есть суть лишь чуть более пристальная и формализованная качественная оценка, то становиться совершенно очевидно, что различия между названными людьми объясняются исключительно моральными договоренностями, а любая мораль — это извращение и просто говно на палке. Все вышеназванные люди крадут ваши ресурсы, точнее говоря один ресурс, которым можно оценивать все остальные — ваше свободное время. То же самое делают террористы — крадут ваше время, вместо того, что-бы обменять его на свое. В результате времени у вас либо совсем не остается (ну ладно, несколько минут, пока мозг не погибнет), либо становиться существенно меньше, поскольку ваши временные издержки колоссально возрастают: на двух ногах вы поднимались по лестнице за минуту, а на культяпках будете делать это два часа.

Аналогичной кражей времени занимается государство, когда заставляет проходить через всевозможные рамки и рентген-аппараты. А это значит, что для решения задачи о необходимости антитеррористических досмотров достаточно лишь сдуть пыль с калькуляторных кнопок.

Примем количество погибших от террористических актов последних семнадцати лет равным 1500 человек (на самом деле меньше, но хуй с ним, дадим фору государству). Ожидаемая продолжительность жизни в России 70 лет. Вычтем из этого значения 20 лет исходя из того, что на момент гибели люди уже успели часть жизни отжить. Итого имеем, что за семнадцать лет террористы напиздили 50 * 1500 = 75 000 лет, по четыре с половиной тысячи лет ежегодно.

Теперь рамки. В России 323 железнодорожных вокзала, 254 аэропорта, 329 станций метрополитена и неисчислимое количество учреждений, вход в которые возможен только после досмотра. Примем для ровного счета последнее за 94 (хотя это меньше действительности на несколько порядков). Итого имеем 1000 мест в которых установлены рамки.

На досмотр уходит 10 секунд, в минуту через рамки проходит три человека. Заметили, как я занижаю числа? При десятичасовом режиме работы за день через рамки проходит 3 * 60 * 10 * 1000 = 1 800 000 человек. Или по другому, ежедневно государство крадет у людей ровно 5 000 часов свободного времени (208 дней). Умножаем это число на триста шестьдесят пять дней в году и получаем 75 920 дней или без умножения 208 лет ежегодно. Переводя на жизни: четыре человека в год — четыре с половиной процента от того, что забирают себе террористы.

К этому можно относиться как к вакцине, если бы не одно но. Помните как я занижал числа? Если вспомнить, что режим работы многих вокзалов круглосуточный и принять средний режим работы за 18 часов, количество рамок увеличить в десять раз (помните мы занижали их на порядок? — настало время вернуть долг), а число досмотров увеличить хотя-бы до четырех человек в минуту (вы же помните очереди перед металлодетекторами), получаем 4 * 60 * 18 * 10000 * 10 / 3600 / 24 = 5 000 дней. На одиннадцать процентов больше чем террористы.

Но власти поступают умнее. Они размазывают кражу на огромное число людей, в результате чего никто не чувстствует себя обделенным. Отберите у человека тарелку супа и он даст вам в морду. Но если недоложить десять килограмм мяса в похлебку, которая варится на тысячу человек, никто не заметит разницу.

Формализованно это выглядит так. Существуют две группы людей, которые решили для себя выбор Достоевского: «мудак ли я или власть имею» в пользу последнего варианта. Но первые менее образованы и знакомы только с теорией вероятности, поэтому добавили в жизнь каждого человека вероятность погибнуть, равную 6 × 10−7. Вторые тоже использовали это значение, но не как вероятность, а как значение характеристической функции, поскольку учились в институтах и слышали про работы Лотфри Заде.

Число 6 × 10−7 у террористов означает, что вы будете жить как и раньше, но есть очень маленький шанс, что вам в этом году на крыльях содержимого пояса шахида прилетит карачун. Это вероятность.

Число 6 × 10−7 у власти означает, что к вам в вагон в этом году не зайдет бородатый хер с пластидом, но качество вашей жизни однозначно ухудшится. Это значение характеристической функции.

Поздравляю. Только что ваши знания теории нечетких множеств выросли на 15 пунктов.