Хакатонистая идея

В прошлом году решил принять участие в хакатоне с великолепной идеей: вбиваешь в программу свое имя и она формирует поддельный железнодорожный билет для бесплатного посещения вокзального сортира. Мне в участии отказали, мотивировав порочностью замысла и моей моральной ущербностью. Но нож в спину воткнули сотрудники РЖД, объявившие о бесплатности посещения вокзальных туалетов. Жаль, они сказали про это всем, кроме теток, что сидят на деревянных стульях перед писсуарами.

Признаю, был недальновиден. Такой глупостью, тем более на уважаемом хакатоне заниматься нельзя. Сейчас, подделывая с бодунища справку о ковиде, я понимаю: программа не должна ограничиваться только билетами. Мир жаждет универсального сервиса: вбиваешь свое имя, выбираешь тип документа и наслаждаешься юридической свободой.

Кстати, билеты на поезда не теряют актуальности. Как еще вы украдете деньги за командировку? Тут ханжи наморщат нос: «Как же так? Ведь это нарушение закона!»

Да, нарушение закона. Но любой дзянху понимает, что законы пишутся людьми, а не богами. Развивая эту максиму я заявлю категоричнее: бывают ситуации, когда желание избежать греха преступности требует от тебя нарушить закон. Взять тот же закон о просветительской деятельности: нарушал, нарушаю и буду нарушать.

Я вижу волнение людей. Они трепещут: нам нельзя читать лекции без лицензии. Какой-то малознакомый хрен в далекой Москве расписывал ручку на документах. Мне теперь по этой причине жизнь поменять? Страной руководят безвольные стеснительные импотенты, а у нас хватает наглости обсуждать их движения.

«Я могу с вами сделать все, что захочу» — говорит власть. «Ветер красиво играет в кронах деревьев» — отвечает дзянху.

Законы экологии

Законы экологии

Нет больше в душе моей добродетели. Прилюдно отныне отказываюсь считать экологию наукой. Учением — согласен, но наукой — дудки. Что это за наука такая, в которой ни одного нормального закона нет? Все то, что называется «экологическими законами» — всего лишь философские наблюдения и не более того. Да в моей теории салатов научности больше, чем во всех законах экологии вместе взятых.

Возьмем правило Бергмана. Казалось бы — что может быть элегантнее и чище? Чем севернее, тем размеры теплокровных животных больше. В основе утверждения лежит закон Галилея: при увеличении размеров объекта, площадь его поверхности изменяется пропорционально квадрату, а объем пропорционально кубу увеличения. Если перенести его на животных, сформулировать можно проще: чем крупнее организм, тем больше у него отношение объема туши к площади шкуры.

Поскольку охлаждение происходит через шкуру, а теплота формируется в туше, увеличение размеров тела приводит к повышению внутренней температуры. Следовательно, во избежание денатурации белка, обитающие в теплых условиях организмы обязаны иметь незначительные размеры и наоборот.

Звучит невероятно притягательно и даже подтверждается наблюдениями. Но вот элементарный вопрос: какой минимальный размер может иметь организм, среде обитания которого свойственна сумма активных температур тысяча градусов? Нет ответа. А еще надо умудриться найти «два вида животных, которые отличаются друг от друга только по величине тела».

Из подобных законов сложена вся экология. Возьмем закон Долло — найдем исключительных палочников. Возьмем бочку Либиха — найдем проблему разделения эмергирующих факторов. Рассмотрим закон Шелфорда — так это та же бочка Либиха, только с библейской поправкой «обжорство — тяжкий грех». Вспомним о правиле Линдемана, как память сразу подскажет: с одного трофического уровня на другой передается не десять процентов энергии, а примерно одна десятая, плюс-минус.

Главная задача эколога: годами ковырять в носу, а потом поднять к небу палец и в припадке мудрости произнести: «Ничто не дается даром!». Кстати, это один из четырех экологических законов Коммонера, остальные не менее эпичны.

Содержание я не оспариваю, но когда эколог оглашает житейскую мудрость под видом научного закона, мне хочется ударить его по морде.